Алексей Некрасов

Что касается восприятия рассматриваемого определения ВС РФ налоговыми органами, то здесь я был бы менее оптимистичен. Считаю, что налоговые органы продолжат работы по выявлению «скрытых смыслов» в сделках между индивидуальными предпринимателями и их родственниками для переквалификации сделок и статусов сторон в целях доначисления налогов. Важно, что ВС РФ прямо предусматривает: суды «не должны были ограничивать сферу применения» льготы по НДФЛ, установленной Налоговым кодексом РФ, и устанавливать «более обременительный режим налогообложения для некоторых сделок между членами семьи и близкими родственниками», «фактически обуславливая уплатой налога возможность распоряжения своими правами в отношении принадлежащего им имущества». Важными являются и выводы ВС РФ о том, что позиция налогового органа сформирована без учета официальных разъяснений Минфина РФ по вопросам налогообложения дарения между родственниками, что подтверждает руководящую роль Минфина РФ в разъяснении вопросов о применении налогового законодательства РФ; вменение в данном случае налоговых последствий, связанных с «предпринимательской» сущностью сделок между родственниками-индивидуальными предпринимателями, не позволит в дальнейшем при использовании этого имущества и уплате налогов от предпринимательской деятельности принять затраты на приобретение имущества по причине их отсутствия, что в свою очередь нарушает принципы экономического обоснования налогов и равенства налогообложения.

Считаю, что данный судебный и правовая позиция, выраженная в нем, будет востребована налогоплательщиками и найдет свое развитие в судебной практике, что в итоге приведет и к увеличению поступлений в бюджет, и к сохранению субъектов предпринимательской деятельности, которые продолжат свою хозяйственную деятельность.

С учетом вышеизложенного, можно только положительно оценить данное определение Верховного Суда РФ и выразить уверенность, что положительное рассмотрение кассационной жалобы укрепит налоговую дисциплину в бизнесе и позволит добросовестным предпринимателям законным способом защищать свои интересы и снизить налоговую нагрузку, возникающую по формальным причинам.

Определение заставляет суды перейти от формальной проверки факта списания долга к содержательной оценке причинно-следственной связи между действиями КДЛ и невозможностью погашения требований. Минус или, скорее, вызов для практикующих юристов – это усложнение доказывания. Теперь истцам нужно будет еще более тщательно обосновывать, что именно действия ответчиков привели к тому, что формальная процедура списания долга стала единственным исходом. 

Такая позиция очень важна для подтверждения стабильности налогового законодательства в части взыскания задолженности перед бюджетом, преемственности судебной практики, защиты прав налогоплательщика (должника) и кредиторов, соблюдения принципа справедливости и ориентирования налоговых органов на надлежащее выполнение своих обязательств. Уверен, что выводы и правовые позиции, изложенные в определении Верховного Суда РФ от 5 февраля 2026 г., найдут свое применение в судебной практике как в спорах в сфере банкротства, так и в налоговых спорах.

Правовая позиция Верховного Суда РФ, высказанная в ООО «Мосстроймеханизация-5», полностью соответствует нормам Закона о банкротстве и служит дополнительным ориентиром для нижестоящих судов. Значимость высказанной позиции заключается в том, что суды должны неукоснительно соблюдать нормы законодательства о банкротстве и процедуры оспаривания сделок. Важно помнить, что под сделками, которые можно оспорить в банкротстве, понимаются не только сделки в гражданско-правовом смысле, но и другие платежи, включая налоговые. Это позволит избежать пропуска срока давности для оспаривания налоговых платежей при оспаривании сделок в процедуре банкротства и заранее сформировать правовую и процессуальную позицию.