Арбитражный суд Кемеровской области ввел в отношении Олега Цинкера процедуру реструктуризации долгов, а затем признал его банкротом и ввел реализацию имущества. Олег Цинкер представил план реструктуризации долгов на сумму 32,2 млн рублей с погашением в течение 44 месяцев за счет доходов от аренды имущественного комплекса, но собрание кредиторов не состоялось из-за отсутствия кворума. Суд первой инстанции признал должника банкротом, сославшись на отсутствие утвержденного собранием кредиторов плана и непредставление должником ходатайства об утверждении плана. Апелляция поддержала это решение. Олег Цинкер обратился в кассационный суд, указав, что суды не рассмотрели представленный им план реструктуризации. Окружной суд отменил акты нижестоящих инстанций и указал, что отсутствие одобрения собрания кредиторов не освобождает суд от обязанности оценить план, а суд может утвердить его при наличии условий, даже без согласия кредиторов (А27-20964/2024).
Фабула
Арбитражный суд Кемеровской области ввел в отношении Олега Цинкера процедуру реструктуризации долгов, утвердив финансовым управляющим Наталью Девликамову.
Олег Цинкер 9 октября 2025 года направил кредиторам и управляющему проект плана реструктуризации долгов, предусматривающий погашение задолженности в сумме 32,2 млн рублей равными платежами ежемесячно по 736,5 тыс. рублей в течение 44 месяцев за счет доходов от сдачи в аренду имущественного комплекса.
Должник 23 октября 2025 года уведомил суд о намерении реструктуризировать долг и ходатайствовал об отложении судебного разбирательства для проведения собрания кредиторов. Первое собрание кредиторов, проведенное в форме заочного голосования, не состоялось по причине отсутствия кворума.
Финансовый управляющий Наталья Девликамова 25 декабря 2025 года направила в суд проект плана реструктуризации в редакции, предложенной Олегом Цинкером.
Однако суд первой инстанции признал должника банкротом, сославшись на отсутствие утвержденного собранием кредиторов плана и непредставление должником ходатайства об утверждении плана. Апелляция поддержала это решение.
Олег Цинкер обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа.
Что решили нижестоящие суды
Суд первой инстанции признал Олега Цинкера банкротом и ввел процедуру реализации имущества гражданина. Суд установил, что должник отвечает признакам неплатежеспособности, предусмотренным пунктом 3 статьи 213.6 закона о банкротстве, принял во внимание выводы финансового управляющего, сделанные по итогам анализа финансового состояния должника.
Суд указал, что Олег Цинкер не представил план реструктуризации долгов, и пришел к выводу о наличии правовых оснований для признания должника банкротом. Суд также учел, что собрание кредиторов не одобрило план реструктуризации, поскольку не состоялось из-за отсутствия кворума.
Седьмой арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции и дополнительно отметил, что Олег Цинкер не обратился в суд первой инстанции с ходатайством об утверждении плана реструктуризации. Суд апелляционной инстанции предложил должнику задействовать иной реабилитационный механизм, а именно заключение мирового соглашения, и не стал рассматривать план реструктуризации по существу.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Западно-Сибирского округа отметил, что согласно пункту 12 статьи 213.8 закона о банкротстве принятие решения об обращении в суд с ходатайством о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества относится к исключительной компетенции собрания кредиторов, за исключением случаев, предусмотренных законом.
В соответствии с абзацем третьим пункта 1 статьи 213.24 закона о банкротстве суд принимает решение о признании гражданина банкротом в случае, если собранием кредиторов не одобрен план реструктуризации долгов, за исключением случая, предусмотренного пунктом 4 статьи 213.17 закона. Суд разъяснил, что в силу пункта 4 статьи 213.17 закона, если собрание кредиторов не одобрило план, суд имеет право его утвердить при соблюдении определенных условий.
Суд округа перечислил эти условия: реализация плана должна позволять полностью удовлетворить требования залоговых кредиторов, а также иные требования в размере существенно большем, чем кредиторы могли бы получить в результате немедленной реализации имущества и распределения среднемесячного дохода за шесть месяцев, при этом указанный размер должен составлять не менее 50 процентов размера требований таких кредиторов.
Если отдельные кредиторы или их большинство не приняли решение о согласовании плана, суд может принять решение без учета мнения таких кредиторов, тем самым преодолев их волю. Само по себе отсутствие утвержденного собранием кредиторов плана реструктуризации не является основанием для нерассмотрения в судебном заседании предложенных должником условий реструктуризации долга.
При наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о намерении должника защитить свои активы и выплатить долги, суд должен вынести на обсуждение сообщества кредиторов вопрос об утверждении плана. Суд сослался на пункт 2 статьи 213.17 закона и на Обзор судебной практики по делам о банкротстве граждан, утвержденный Президиумом Верховного суда Российской Федерации 18 июня 2025 года.
Если должник представил план, который оценивается судом как неоднозначный или сомнительный с экономической точки зрения, при очевидности выражения должником воли на выход из финансового кризиса суд должен принять меры по урегулированию неопределенности. Суд должен предоставить должнику дополнительную возможность по изменению условий плана с указанием конкретных недостатков, подлежащих устранению, а также по представлению дополнительных документов.
При представлении должником плана реструктуризации суд, имея возможность в случае необходимости преодолевать сопротивление кредиторов, обязан дать ему оценку, позволив гражданину, добросовестно стремящемуся к исполнению обязательств, задействовать наиболее лояльный механизм с точки зрения последствий для процедуры банкротства.
Суд округа признал необоснованной ссылку суда на отсутствие ходатайства должника об утверждении плана, поскольку Олег Цинкер на протяжении всего дела выражал намерение найти компромиссное решение с кредиторами. Это проявлялось как в обжаловании процедуры реализации имущества, так и в содержании ходатайства об отложении судебного заседания от 23 октября 2025 года, в котором должник недвусмысленно сформулировал волю на реструктуризацию долга.
Процедура реструктуризации долгов имеет больший эффект социальной реабилитации гражданина по сравнению с процедурой реализации имущества, однако суд предложенный план не рассмотрел и не дал оценку его содержанию на предмет экономической обоснованности и исполнимости. Апелляционный суд эту ошибку не исправил и безосновательно предложил должнику задействовать иной механизм, а именно заключение мирового соглашения.
Суд округа также указал, что суд не поставил на обсуждение вопрос об утверждении плана реструктуризации, не выяснил мнение финансового управляющего, который в силу закона участвует в спорах на стороне гражданина и должен помогать должнику в выходе из состояния банкротства. Управляющий не выразил отношение к предложенному плану, ограничившись ссылками на процессуальное бездействие должника, а суд не предложил кредиторам выразить мнение на разработанный должником план.
Итог
Арбитражный суд Западно-Сибирского округа отменил решение Арбитражного суда Кемеровской области и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Почему это важно
Цель процедуры личного банкротства — не просто списание долгов, а в первую очередь помощь гражданину в восстановлении его платежеспособности, что в ряде случаев помогает расплатиться (частично) с кредиторами, напоминает Мария Михеева, руководитель банкротной практики юридической компании Intana Legal. С 2023 года наблюдается рост количества планов реструктуризации в банкротстве граждан (по данным Федресурса) при одновременном снижении количества процедур реструктуризации долгов. В результате стала формироваться практика по судебному преодолению несогласия кредиторов утверждать предлагаемые должниками планы реструктуризации.
«Золотой стандарт» — это когда план реструктуризации может быть утвержден при соблюдении реабилитационного паритета. То есть кредиторы должны получить не меньше, чем в процедуре банкротства, поясняет Мария Михеева. И именно в оценке экономического эффекта для кредиторов, несмотря на формальные рамки, установленные законом о банкротстве, кроется камень преткновения в большинстве подобных споров.
Вместе с тем и для должника, и для кредитора экономический эффект от процедуры банкротства достигается только при наличии активной позиции в процедуре, что хорошо видно на примере данного дела. Кредиторы проигнорировали собрание по утверждению плана, управляющий не провел оценку имущества в конкурсной массе и представил формальную позицию по плану реструктуризации, предложенному должником (если исходить из публичной информации в судебном акте).
При этом исходя из размера реестра требований кредиторов в 29 млн рублей и конкурсной массы (несколько объектов недвижимости), вполне вероятно, что интересам кредиторов отвечает реализация имущества в процедуре, а не утверждение плана, предусматривающего погашение по 700 тыс. рублей в месяц на протяжении более чем 3,5 года, полагает Мария Михеева.
Безусловно, необходимо не только оценить стоимость имущества, но и соотнести план реструктуризации с данными о поведении должника, наличии у него возможности получать доход, зависимости его дохода (возможности его получения) от имущества в конкурсной массе, реальной возможности сдать имущество в аренду с учетом текущего состояния рынка и истории объекта, предшествующей банкротству должника (почему не сдавал раньше и не гасил требования кредиторов). По моему мнению, суд проявил излишний «протекционизм» по отношению к должнику. Все-таки в данном случае речь идет не о банкротстве обычного гражданина, когда такая роль суда может быть оправданной, а о банкротстве индивидуального предпринимателя. Полагаю, что позиция суда округа во многом обусловлена пассивной позицией кредиторов и формальными действиями финансового управляющего.
