Департамент лесного комплекса Тюменской области обратился с иском к ООО «Горизонт» о расторжении договора аренды лесного участка и обязании провести рекультивацию. Участок площадью 1,5 га был передан обществу в 2018 г. для строительства линейных объектов сроком на 49 лет. Арендатор не вносил арендную плату, при этом в отношении него было возбуждено дело о банкротстве. Суд первой инстанции расторг договор, но оставил требование о рекультивации без рассмотрения как реестровое. Апелляция признала требование текущим, но отказала в иске из-за невозможности определить его денежный эквивалент. Кассация указала, что обязанность по рекультивации возникает при прекращении договора и является текущей. Суд округа отметил, что введение банкротства не освобождает от выполнения обязанностей по лесовосстановлению в силу публичного значения лесного фонда (дело № А70-17674/2024).
Фабула
ООО «Горизонт» получило в аренду лесной участок площадью 1,5 га в Уватском районе Тюменской области на основании договора от января 2018 г. Участок был предоставлен для строительства линейных объектов — подъездной дороги с площадкой складирования и стоянки спецтехники. Срок аренды составлял 49 лет, а арендная плата — 25,5 тыс. рублей в год.
По условиям договора арендатор обязался по окончании или досрочном прекращении аренды освободить участок от объектов недвижимости и выполнить рекультивацию в соответствии с проектом освоения лесов. Проект предусматривал два этапа: технический (уборка мусора, планировка, засыпка ям) и биологический (посадка 4,5 тыс. сосен на гектар).
В сентябре 2022 г. в отношении ООО «Горизонт» было введено наблюдение, а в мае 2025 г. общество было признано банкротом. Департамент лесного комплекса Тюменской области обратился в суд с иском о расторжении договора и обязании провести рекультивацию, ссылаясь на невнесение арендной платы за январь — август 2024 г.
Суд первой инстанции расторг договор и обязал возвратить участок в пригодном состоянии, но оставил требование о рекультивации без рассмотрения как реестровое. Апелляция отменила решение в этой части и признала требование текущим, однако отказала в иске из-за невозможности установить его денежный эквивалент.
Департамент подал жалобу в суд округа, указав на недопустимость замены обязательства по рекультивации денежным требованием.
Что решили нижестоящие суды
Арбитражный суд Тюменской области расторг договор аренды лесного участка и обязал ООО «Горизонт» передать его департаменту в состоянии, пригодном для ведения лесного хозяйства. Требование о проведении рекультивации суд оставил без рассмотрения, квалифицировав его как реестровое обязательство, возникшее до возбуждения дела о банкротстве и подлежащее рассмотрению в деле о несостоятельности.
Восьмой арбитражный апелляционный суд не согласился с квалификацией требования. Апелляция указала, что обязанность провести рекультивацию возникла по факту прекращения договора с принятием решения по настоящему делу, поэтому является текущим платежом. Ссылаясь на разъяснения Верховного Суда, апелляция отметила, что требования о применении мер ответственности следуют судьбе основного обязательства.
Вместе с тем апелляционный суд указал, что требование о проведении рекультивации подлежит трансформации в денежное обязательство, размер которого из материалов дела установить не представилось возможным. На этом основании суд отказал в удовлетворении иска в части рекультивации.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Западно-Сибирского округа согласился с выводами апелляции о текущем характере требования, но признал отказ в его удовлетворении незаконным.
Суд сослался на правовые позиции Конституционного Суда о том, что лесной фонд представляет собой публичное достояние многонационального народа России и имеет специальный правовой режим. Лесное законодательство имеет приоритет в отношениях, связанных с оборотом лесных участков.
Требование о рекультивации основано на необходимости соблюдения публичной обязанности по лесовосстановлению. Эта обязанность обусловлена реализацией государственной политики в области использования, охраны и воспроизводства лесов.
Суд отметил, что договорная свобода при аренде лесного участка ограничена публичными интересами лесовосстановления. Обязанность по возврату участка в рекультивированном виде существует обособленно и возникает в порядке, установленном лесным законодательством, а не по усмотрению сторон.
Согласно ч. 6 ст. 21 Лесного кодекса земли, использовавшиеся для строительства объектов, не связанных с лесной инфраструктурой, подлежат рекультивации и сдаче в установленном порядке. Проект освоения лесов конкретно определил содержание работ по рекультивации: технический и биологический этапы.
Отказ в удовлетворении требования не может быть обусловлен лишь невозможностью установить его денежный эквивалент в условиях, когда требование является бесспорным и последовательно поддерживается департаментом. Такой отказ не способствует обеспечению публичного интереса в создании безопасной окружающей среды и своевременном воспроизводстве лесного ресурса.
Воля департамента была связана с необходимостью выполнения обязательства в натуре. Истец свободен в выборе способа защиты нарушенного права и не может быть в этом ограничен. Введение конкурсного производства не освобождает ответчика от выполнения обязанностей, возложенных законом и договором.
Кассация сослалась на правовую позицию Верховного Суда из определения от сентября 2024 г. о том, что особенности исполнения обязательства в натуре при банкротстве могут учитываться на стадии исполнения судебного акта, но основаниями для отказа в иске являться не должны.
Суд округа указал, что госполитика в области лесов направлена на сохранение и приумножение лесов, максимальное удовлетворение потребностей граждан в качественных продуктах и полезных свойствах леса, а также создание условий для устойчивого развития лесного сектора.
Итог
Окружной суд отменил акты нижестоящих судов в части результатов рассмотрения требования о рекультивации, приняв новый судебный акт об удовлетворении требования и обязав ООО «Горизонт» провести рекультивацию лесного участка в два этапа согласно проекту освоения лесов.
Почему это важно
Позиция суда кассационной инстанции вызывает серьезные сомнения с точки зрения системного толкования Закона о банкротстве, отметил Даниил Наймушин, управляющий партнер Юридической компании «Один к одному».
По общему правилу, пояснил он, все неденежные имущественные требования кредиторов, включая требования о проведении рекультивации, подлежат трансформации в денежные и удовлетворяются в составе реестра или как текущие платежи (в зависимости от момента возникновения обязательства). Обязанность провести рекультивацию, хотя и имеет публично-правовое значение, не является виндикацией, так как участок уже возвращен арендодателю по решению суда, а рекультивация — это улучшение (восстановление) качества земель, а не возврат индивидуально-определенной вещи.
По его словам, суд кассации, по сути, создал новое, не предусмотренное законом исключение, руководствуясь «экологической целесообразностью». Забота о лесах понятна и правильна, но с позиции правовой определенности такое решение нарушает принцип пропорциональности и очередности удовлетворения требований, указал Даниил Наймушин.
На практике это создает опасный прецедент: управляющий будет вынужден финансировать рекультивацию из собственных средств либо доказывать, что рекультивация невозможна, и менять способ исполнения судебного акта (о чем пишет суд кассационной инстанции в своем постановлении. Не стоит забывать, что неисполнение или ненадлежащее исполнение такого обязательства может повлечь привлечение управляющего к ответственности в виде убытков. Таким образом, позиция суда округа, при всей ее «экологической благонамеренности», противоречит основополагающим принципам законодательства о банкротстве и порождает правовую неопределенность для управляющих и кредиторов.
Ключевая коллизия дела заключалась в том, как исполнить обязанность по рекультивации, если ответчик признан банкротом, полагает Екатерина Голдобина, старший юрист Юридического партнерства «Курсив».
Лесной фонд, продолжила она, признан «публичным достоянием», что дает лесному законодательству приоритет над общими нормами гражданского права при рекультивации. Поскольку договор расторгнут судом уже после введения процедуры банкротства, обязанность вернуть участок (и рекультивировать его) возникла сейчас, а значит, это текущий платеж, который не может учитываться в реестре требований кредиторов, констатировала она.
Суд округа указал, что нахождение должника (ответчика) в банкротстве не должно становиться «индульгенцией» для экологических нарушений. Трудности исполнения в натуре — это вопрос стадии исполнительного производства, а не повод отказывать в иске.
По мнению Екатерины Голдобиной, позиция суда округа является проэкологической и жесткой по отношению к должникам-банкротам. Она закрепляет принцип: «разрушил — восстанови, вне зависимости от финансового состояния».
Данное постановление (с опорой на недавнюю позицию ВС РФ от 20 сентября 2024 г. № 308-ЭС24-3980), по ее словам, формирует несколько важных трендов:
суды все чаще будут игнорировать правила Закона о банкротстве (о переводе всех требований в деньги), если речь идет о неустранимом вреде природе;
денежные средства банкрота, которые могли пойти на выплату долгов (заработная плата, налоги), могут быть приоритетно направлены на дорогостоящую рекультивацию (как текущий платеж).
Для будущих споров это означает, что департаментам лесного комплекса достаточно доказать факт расторжения договора после начала банкротства, чтобы добиться решения об обязании провести рекультивацию в натуре, не доказывая при этом размер убытков в денежном выражении.
