Дерман Сеитаблаев перевел предпринимателю Оксане Капустиной 1,5 млн рублей в качестве предоплаты за товар, но поставка не состоялась. Сеитаблаев безуспешно направлял Капустиной претензии о возврате денег, а в августе 2022 г. получил отказ в вынесении судебного приказа из-за наличия спора о праве. В декабре 2023 г. Сеитаблаев обратился в суд с иском о взыскании 1,5 млн рублей неосновательного обогащения. Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили иск, отклонив заявление Капустиной о пропуске исковой давности. Суды посчитали, что срок давности начал течь с момента направления Сеитаблаевым претензии в сентябре 2021 г. Четвертый кассационный суд общей юрисдикции оставил акты нижестоящих судов без изменения. Капустина обратилась с кассационной жалобой в Верховный Суд, который направил дело на новое апелляционное рассмотрение (дело № 18-КГ25-442-К4).
Фабула
Дерман Сеитаблаев и индивидуальный предприниматель Оксана Капустина планировали сотрудничество в сфере торговли продуктами и напитками. С 15 по 22 января 2019 г. Сеитаблаев перевел Капустиной предоплату за товар в размере 1,5 млн рублей тремя платежами по 500 тыс. рублей. Однако Капустина товар не поставила.
В сентябре 2021 г. и июне 2022 г. Сеитаблаев направлял Капустиной претензии с требованием вернуть деньги, но письма возвращались с пометкой «истек срок хранения». В августе 2022 г. Сеитаблаев безуспешно пытался получить судебный приказ о взыскании денег с Капустиной.
5 декабря 2023 г. Сеитаблаев обратился в Армавирский городской суд с иском к Капустиной о взыскании 1,5 млн рублей неосновательного обогащения. Капустина попросила применить исковую давность.
Суды первой, апелляционной и кассационной инстанций удовлетворили иск, после чего Капустина пожаловалась в Верховный Суд.
Что решили нижестоящие суды
Армавирский городской суд удовлетворил иск. Апелляционная инстанция Краснодарского краевого суда отменила решение из-за ненадлежащего извещения Капустиной и рассмотрела дело заново. Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что между сторонами не возникло договорных отношений, дающих Капустиной право на полученные деньги. При этом суд отклонил довод Капустиной о пропуске исковой давности. Суд указал, что срок давности по требованию о возврате неосновательного обогащения, срок возврата которого не определен, начинает течь с момента направления Сеитаблаевым претензии 14 сентября 2021 г. Поскольку с иском Сеитаблаев обратился 5 декабря 2023 г., трехлетний срок исковой давности не истек.
Четвертый кассационный суд общей юрисдикции согласился с выводами апелляционной инстанции.
Что думает заявитель
Капустина в кассационной жалобе в Верховный Суд указала на незаконность апелляционного и кассационного определений Четвертого КСОЮ. По мнению Капустиной, выводы судов о начале течения срока исковой давности с момента направления претензии в сентябре 2021 г. ошибочны. Капустина настаивала, что поскольку суды установили отсутствие договорных отношений между ней и Сеитаблаевым, то не имелось и оснований определять начало течения давности с момента, когда Сеитаблаеву стало известно о нежелании Капустиной поставлять товар.
Что решил Верховный Суд
Верховный Суд разъяснил, что по общему правилу срок исковой давности по требованиям о взыскании неосновательного обогащения начинает течь с момента передачи денег или иного имущества. Получатель должен знать об отсутствии правовых оснований для такого приобретения уже в момент получения.
Кроме того, ВС указал, что срок исковой давности следует исчислять отдельно по каждому платежу, если неосновательное обогащение возникло из нескольких перечислений в адрес ответчика.
Поскольку в рассматриваемом деле суды исходили из отсутствия договорных отношений между сторонами, то отсутствовали и основания определять начало течения давности с момента, когда Сеитаблаеву стало известно о нежелании Капустиной осуществлять поставку товара.
Верховный Суд подчеркнул, что апелляционная инстанция не установила надлежащим образом момент, когда Сеитаблаев узнал или должен был узнать о нарушении своего права. Кассация не исправила эту ошибку.
Итог
ВС отменил апелляционное и кассационное определения как незаконные и направил дело на новое апелляционное рассмотрение.
Почему это важно
В этом деле было смешано сразу несколько проблем, отметил Денис Быканов, партнер Адвокатского Бюро «Павлова, Голотвин, Быканов и партнеры».
Фактически под неосновательным обогащением здесь скрывается договор купли-продажи на условиях предоплаты, который, скорее всего, был заключен с нарушением требуемой письменной формы. Нарушение письменной формы в настоящем случае, по словам Дениса Быканова, не делает договор недействительным, а лишь ограничивает средства доказывания – исключает использование в суде свидетельских показаний, которые и без того редко используются в договорных спорах.
Истец прибегнул к неосновательному обогащению, потому что его проще доказать, поэтому истца вполне можно понять, указал он. Вместе с тем договорный иск, несомненно, вытесняет и исключает кондикционный, так как последний должен применяться только как крайнее средство при отсутствии других средств правовой защиты. Суды часто спокойно относятся к смешению этих правоотношений, что, по мнению Дениса Быканова, совершенно неверно с точки зрения действующего закона. Если бы суд рассматривал требование как договорное, то срок исковой давности начал бы течь с момента истечения срока для поставки предоплаченного товара, а не с момента получения должником денег.
В рамках института неосновательного обогащения обогатившееся лицо становится обязанным вернуть полученное с момента, когда это лицо узнало или должно было узнать об этом, т.е. в данном случае – с момента получения денежных средств, на что справедливо указывает ВС РФ.
В то же время не следует путать кондикционное правоотношение с обязательством до востребования. В последнем случае срок исковой давности действительно начал бы течь с момента получения требования кредитора, а не с момента получения денежного перевода. Позиция ВС РФ заслуживает всяческой поддержки, поскольку наводит порядок в применении материального права и смешении совершенно разных гражданско-правовых институтов.
Решение Верховного Суда РФ абсолютно правильно с точки зрения материального права, но абсурдно с точки зрения процесса и доказывания, полагает Денис Чистяков, старший юрист Юридической компании NAVICUS.LAW.
Действительно, пояснил он, если лицо случайно отправило деньги на чужую карту, то у такого лица есть три года на то, чтобы их взыскать по суду. Однако, что делать в ситуации, когда средства перевели не случайно, а по устной договоренности: в данном случае – в качестве предоплаты за товар?
Верховный Суд РФ делает оговорку: поскольку нижестоящие суды однозначно (!) установили, что никакого договора между сторонами не было, то должны применяться нормы о неосновательном обогащении. Следовательно, в соответствии со ст. 200 и 1102 ГК РФ срок исковой давности начался в момент неосновательного получения средств ответчиком, констатировал Денис Чистяков.
Нижестоящие суды вошли в противоречие с указанными нормами, начав исчисление срока давности с момента направления истцом претензии. Однако в данном деле достаточно крупные суммы переводились ответчику в течение недели, после чего истец на протяжении четырех лет пытался получить их назад, в том числе через суды. Более того, если обратиться к картотеке судебных дел, то можно найти дело № 2-7924/2024, в рамках которого тот же истец пытался взыскать еще 500 000 рублей, отправленных уже С.А. Капустину, который, вероятно, является супругом ответчика по комментируемому делу. Такие обстоятельства, по словам Дениса Чистякова, должны были натолкнуть суды на мысль, что договор купли-продажи действительно существовал, но истец не смог предоставить доказательств, подтверждающих это. Видимо, по этой причине нижестоящие суды решили защитить истца, неправильно применив материальное право, предположил он.
Примечательно, что Верховный Суд РФ направил дело на новое рассмотрение, а не принял новый судебный акт, хотя ошибка нижестоящих судов в неправильном применении норм материального права очевидна. Судьи ВС легко могли ее исправить, не отправляя дело на второй круг. Вероятно, Верховный Суд РФ добивается от нижестоящих судов повторного анализа в части наличия между сторонами договора, подчеркнул Денис Чистяков.
Определение Верховного Суда РФ соответствует общей канве, выработанной судебной практикой по вопросу неосновательного обогащения и применимых сроков исковой давности, однако ВС мог бы поднять интересный вопрос о последствиях неправильной юридической квалификации иска. Истец требовал возврата денег будучи уверенным, что заплатил по договору поставки, и именно по этой причине он пропустил срок, поскольку ждал исполнения договоренностей позднее. Думаю, что нижестоящим судам следует принять это обстоятельство во внимание, поскольку негативные последствия некорректной работы юристов / неправильное понимание закона не должны лишать добросовестно заблуждающегося истца права на защиту.
