Юлия Савостина и Елена Буякевич предоставили займы брату Николаю Лыкову на покупку квартиры и автомобиля: 2,1 млн рублей и 3,2 млн рублей соответственно. Деньги перечислили на счет супруги заемщика Кристины Лыковой. После развода супругов Лыковых заёмщик долг не вернул и сестры обратились в суд. Три инстанции отказали во взыскании, согласившись с доводами бывшей супруги заемщика о безденежности договоров. Суды сослались на справки о доходах Лыковых, родственные связи сторон и развод супругов, усмотрев злоупотребление правом со стороны истцов в интересах брата-ответчика. Савостина и Буякевич пожаловались в Верховный Суд, указав, что представили все письменные доказательства займов — договоры, расписки и банковские выписки. Суды проигнорировали эти документы и неправильно распределили бремя доказывания. ВС отменил все акты и направил дело на новое рассмотрение (дело № 16-КГ25-39-К4).
Фабула
В апреле и июле 2023 г. Юлия Савостина и Елена Буякевич заключили договоры займа со своим братом Николаем Лыковым. Савостина передала 2,1 млн рублей на покупку квартиры в Москве, а Буякевич — 3,2 млн рублей на приобретение автомобиля BMW X4. По условиям договоров деньги перечислялись на счет супруги заемщика Кристины Лыковой. Лыков подписал расписки с обязательством вернуть средства до 1 января 2024 г.
Квартиру стоимостью 9,5 млн рублей и автомобиль за 3 млн рублей оформили на Кристину Лыкову. В сентябре 2024 г. супруги развелись. Николай Лыков деньги не вернул и сестры обратились в Советский районный суд Волгограда с требованием о взыскании долга.
Кристина Лыкова, привлеченная третьим лицом, возразила против иска. Она настаивала на безденежности договоров и злоупотреблении правом со стороны истцов, которые якобы действовали в интересах брата при разделе имущества. Лыкова представила справку о доходах, согласно которой общий доход семьи за 2023 г. составил более 16,7 млн рублей, а источником средств для покупок указаны продажа земельных участков и личные сбережения.
Районный суд, с которым согласились апелляция и кассация, отказал в иске. Савостина и Буякевич подали жалобы в Верховный Суд, который решил рассмотреть этот спор.
Что решили нижестоящие суды
Советский районный суд Волгограда отказал во взыскании задолженности. Суд указал на совокупность обстоятельств: родственные отношения между сторонами (сестры и брат), признание иска ответчиком, нахождение супругов Лыковых в стадии бракоразводного процесса, неуказание займов в справке о доходах и обязательствах имущественного характера.
Суд пришел к выводу, что договоры займа были заключены без согласия другого супруга, а у Лыковых были собственные средства для покупки квартиры и автомобиля. Это в совокупности свидетельствует о безденежности договоров и злоупотреблении правом со стороны истцов в интересах ответчика.
Суд принял во внимание выписки по счетам Кристины Лыковой и ее пояснения о движении денежных средств. Первая инстанция отметила, что цель предоставления займов и фактическое использование денег не согласуются между собой. Также суд указал, что истцы не подтвердили наличие у них собственных средств для предоставления займов и не опровергли сведения из справки о доходах Кристины Лыковой.
Волгоградский областной суд и Четвертый кассационный суд общей юрисдикции согласились с выводами первой инстанции, оставив решение без изменения.
Что думает заявитель
Савостина и Буякевич указали, что представили все письменные доказательства, предусмотренные ст. 808 ГК РФ: договоры займа, собственноручно написанные заемщиком расписки, банковские выписки о движении средств, справки Сбербанка, заявления о переводе и приходные кассовые ордера. Деньги фактически поступили на счета и это подтверждено документально.
Заявители сослались на то, что суды неправильно распределили бремя доказывания. По закону именно заемщик должен доказывать безденежность займа, а не заимодавец наличие у него источника средств. Кроме того, наличие у Лыковых собственных денег для покупок не исключает возможность заключения договоров займа. Ссылка Кристины Лыковой на то, что деньги от Савостиной были получены как возврат чужого долга, противоречит материалам дела и ничем не подтверждена.
Что решил Верховный Суд
ВС напомнил, что согласно ст. 807 ГК РФ договор займа считается заключенным с момента передачи денег. В силу ст. 812 ГК РФ заемщик вправе оспаривать договор по безденежности, но именно на нем лежит бремя доказывания.
Коллегия сослалась на Обзор судебной практики № 3 (2015) о том, что кредитор доказывает факт передачи денег, а заемщик — безденежность или надлежащее исполнение. Закон не возлагает на заимодавца обязанность подтверждать источник средств.
ВС констатировал, что суд первой инстанции проигнорировал письменные доказательства истцов — договоры займа, расписки, выписки о движении средств и справки банка. Мотивы отклонения этих документов в решении не отражены, а основания предпочтения одних доказательств другим не указаны. Это нарушает требования ст. 56 ГПК РФ о доказательствах и доказывании. Суд не установил, что деньги перечислялись по иным правоотношениям, не связанным с займами.
Доводы истцов о недоказанности версии Кристины Лыковой и о том, что наличие у Лыковых собственных средств не исключает заключение займов, не получили никакой оценки судов в нарушение ст. 198 и 327 ГПК РФ. Судебные акты не отвечают требованиям законности и обоснованности, установленным ст. 195 ГПК РФ и разъясненным в постановлении Пленума ВС РФ № 23 от 19 декабря 2003 г.
Итог
Судебная коллегия по гражданским делам ВС признала жалобы обоснованными и отменила все три судебных акта, направив дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Почему это важно
По словам Ольги Мальцевой, вице-президента Ассоциации профессиональных арбитражных управляющих «ГАРАНТ», предмет доказывания по делам о взыскании задолженности по договору займа вне рамок дел о банкротстве достаточно простой – заимодавцу нужно доказать лишь совокупность двух обстоятельств:
заёмные отношения между сторонами;
факт передачи денежных средств,
а заёмщику одно из следующих обстоятельств:
факт возврата займа
или его безденежность.
Из текста судебного акта, отметила она, следует, что во исполнение спорных договоров заимодавцы предоставили суммы займов в безналичном порядке путем внесения их на счет супруги заёмщика и перечисления продавцу автомобиля, который она приобрела.
Поэтому, с учетом того, что в материалы дела не были представлены доказательства иных (кроме заёмных) отношений между его участниками, довод о безденежности займа вообще не должен был быть принят судом. Вопрос же о наличии у заимодавцев финансовой возможности предоставить спорные займы в принципе не подлежал исследованию, заключила Ольга Мальцева.
Вероятнее всего, принимая во внимание признание иска ответчиком, наличие внутрисемейного конфликта, вызванного бракоразводным процессом, суд попытался применить повышенный стандарт доказывания, что оказалось хоть и не совсем корректным, но довольно успешным до тех пор, пока дело не дошло до ВС РФ.
