Девятый арбитражный апелляционный суд отменил определение Арбитражного суда Москвы и взыскал с КУ ПАО «Союзвзрывпром» Андрея Малыгина убытки в размере 15,4 млн рублей в пользу ИП Алексея Чалкова. Чалков приобрел на торгах в рамках банкротства нежилые помещения в Москве за 27,3 млн рублей, однако впоследствии право собственности на часть помещений площадью 1 тыс. кв.м было признано за Российской Федерацией, а сделка купли-продажи была признана ничтожной. КУ, зная о притязаниях Российской Федерации на проданные помещения и о рассмотрении соответствующего спора в суде, не зарезервировал поступившие от Чалкова денежные средства, а направил их на погашение требований кредиторов и выплату себе вознаграждения. Апелляция установила, что КУ был обязан зарезервировать средства в порядке п. 6 ст. 142 закона о банкротстве до завершения спора о принадлежности помещений. Более того, КУ ранее заявлял другому кредитору, что произвел резервирование 27,3 млн рублей, но фактически этого не сделал. Суд признал действия управляющего незаконными и взыскал убытки (дело № А40-54660/16).
Девятый арбитражный апелляционный суд отменил определение Арбитражного суда Москвы от 1 ноября 2025 г. по делу о банкротстве ПАО «Союзвзрывпром», рассказал ТГ-канал «Убытки АУ». Апелляция признала незаконными действия КУ Андрея Малыгина и взыскала с него в пользу ИП Алексея Чалкова убытки в размере 15,4 млн рублей.
Арбитражный суд Москвы в 2017 г. открыл конкурсное производство в отношении ПАО «Союзвзрывпром» и утвердил КУ Андрея Малыгина. 29 июня 2020 г. КУ объявил торги по продаже нежилых помещений ПАО «Союзвзрывпром» общей площадью 1,9 тыс. кв.м в Москве. 19 октября 2020 г. Чалков внес задаток на участие в торгах в размере 7,8 млн рублей. 11 декабря 2020 г. стороны заключили договор купли-продажи, по которому помещения были проданы за 27,3 млн рублей. 14 декабря 2020 г. Чалков перечислил на расчетный счет ПАО «Союзвзрывпром» оплату за вычетом задатка в размере 19,5 млн рублей.
Однако уже 15 декабря 2020 г. было опубликовано определение Арбитражного суда Москвы от 7 декабря 2020 г. по делу № А40-233655/2020 о принятии к производству иска ФБУЗ «ЦГЭ в г. Москве» к ТУ Росимущества в Москве и ПАО «Союзвзрывпром» об оспаривании права собственности на часть проданных Чалкову помещений. 10 ноября 2022 г. Девятый арбитражный апелляционный суд по этому делу признал право собственности Российской Федерации на часть помещений площадью 1 тыс. кв.м, а сделка по продаже этого имущества была признана ничтожной, поскольку ПАО «Союзвзрывпром» не являлось собственником помещений.
18 июня 2024 г. Арбитражный суд Москвы взыскал с ПАО «Союзвзрывпром» в пользу Чалкова неосновательное обогащение в размере 15,4 млн рублей. Суд установил, что КУ Андрей Малыгин не мог не знать о невозможности реализации спорных помещений. 25 апреля 2025 г. Чалков подал в рамках дела о банкротстве жалобу на бездействие Малыгина и потребовал взыскать с него убытки на ту же сумму.
Арбитражный суд Москвы в ноябре 2025 г. отказал Чалкову. Суд первой инстанции исходил из того, что на момент поступления оплаты от Чалкова (11 декабря 2020 г.) и начала расчетов с кредиторами (2021 г.) разногласий не имелось, как и требований самого Чалкова, которые возникли только в 2024 г. Суд отнес требование Чалкова к пятой очереди текущих платежей с календарной очередностью от 18 июня 2024 г. и установил недостаточность конкурсной массы для его погашения.
Апелляция не согласилась с выводами первой инстанции. Суд указал, что вывод о возникновении требования Чалкова в 2024 г. противоречит ст. 167 ГК, поскольку ничтожная сделка недействительна и не влечет правовых последствий с момента ее совершения. Средства, полученные по ничтожной сделке (от продажи не принадлежавшего ПАО «Союзвзрывпром» имущества), не могли входить в конкурсную массу, а обязательства перед Чалковым подлежали удовлетворению преимущественно перед требованиями других кредиторов, в том числе текущих.
Апелляция установила, что КУ, действуя разумно и добросовестно, обязан был зарезервировать денежные средства в размере стоимости спорных помещений после получения информации о притязаниях Российской Федерации (дело № А40-233655/2020) и до завершения рассмотрения этого спора. Суд применил по аналогии абзац первый п. 6 ст. 142 Закона о банкротстве, согласно которому при наличии рассматриваемых в суде разногласий КУ обязан зарезервировать средства в размере, достаточном для удовлетворения требований соответствующего кредитора. По состоянию на 20 декабря 2021 г. остаток на расчетном счете ПАО «Союзвзрывпром» составлял 19,5 млн рублей, что позволяло произвести резервирование.
Суд также обратил внимание на противоречивую позицию КУ. В рамках обособленного спора по жалобе кредитора ООО «Юридические технологии» Малыгин заявлял, что произвел резервирование 27,3 млн рублей для расчетов с Чалковым в порядке ст. 142 Закона о банкротстве. Это обстоятельство было зафиксировано в определении Арбитражного суда Москвы от 17 мая 2022 г. Однако выписка по расчетному счету ПАО «Союзвзрывпром» в ПАО «Сбербанк» подтверждает, что фактически КУ резервирование не производил. В настоящем же споре Малыгин указал на отсутствие оснований для резервирования.
Вместо резервирования КУ направил поступившие от Чалкова средства на погашение текущих, реестровых и зареестровых требований, а также выплатил себе вознаграждение по процентам в размере 3,2 млн рублей и продолжал выплачивать ежемесячное вознаграждение из расчета 100 тыс. рублей в месяц. Конкурсная масса ПАО «Союзвзрывпром» оказалась исчерпана, остаток на счете составляет 0 рублей, а КУ подал ходатайство о завершении конкурсного производства.
Итог
Апелляция пришла к выводу, что невозможность погашения требования Чалкова произошла в результате незаконных действий КУ, который не произвел резервирование и дальнейший возврат денежных средств по ничтожной сделке.
Почему это важно
Апелляционная инстанция в данном деле исправила принципиальную ошибку суда первой инстанции, который формально подошел к вопросу об очередности и моменте возникновения требования, отметил Базыр Николаев, старший юрист Финансово-правовой группы компаний Tenzor Consulting Group.
Суд первой инстанции, продолжил он, исходил из того, что поскольку требование ИП Чалкова взыскано судом лишь в 2024 г., то оно является текущим платежом пятой очереди с календарной очередностью от этой даты, а на момент распределения денег в 2020–2022 гг. у конкурсного управляющего не было оснований для резервирования. Это рассуждение, по его словам, не выдерживает критики с точки зрения ст. 167 ГК РФ: ничтожная сделка недействительна с момента ее совершения. Следовательно, обязанность должника возвратить неосновательное обогащение возникла не в 2024 г., а в момент получения денег (декабрь 2020 г.), а сами эти деньги изначально не должны были входить в конкурсную массу, поскольку имущество должнику не принадлежало, указал он.
У конкурсного управляющего изначально отсутствовало законное основание для направления этих денег на погашение любых требований иных кредиторов, включая текущие платежи. Это означает, что реституционное требование покупателя по ничтожной сделке не может быть приравнено к обычному требованию кредитора по текущим платежам с его календарной очередностью. При этом при рассмотрении подобного рода споров ключевое значение имеет, в том числе и субъективный фактор, подчеркнул Базыр Николаев.
Так, ключевым обстоятельством, влекущим ответственность управляющего, по словам Базыра Николаева, является его осведомленность о наличии судебного спора о праве на реализованное имущество уже на момент получения и распределения денежных средств. В настоящем случае апелляция выявила ключевое обстоятельство, в мае 2022 г. в другом обособленном споре конкурсный управляющий сам письменно заявил суду, что произвел резервирование 27 млн рублей для расчетов с ИП Чалковым на случай признания торгов недействительными.
Фактически, как установлено по выписке банка, резервирования не было, деньги ушли на погашение иных кредиторов и на выплату управляющему вознаграждения по процентам. Это обстоятельство, по мнению Базыра Николаева, стало прямым доказательством недобросовестности и позволило суду взыскать убытки напрямую с управляющего. В итоге, покупатель на торгах получает эффективный механизм защиты не через реестр требований к обанкротившемуся должнику, а путем прямого взыскания убытков с недобросовестного арбитражного управляющего, заключил он.
По сути, анализируемый судебный акт расставляет три важных акцента: во-первых, требует системного, а не формального прочтения гражданского законодательства; во-вторых, четко определяет круг обстоятельств, подлежащих доказыванию при взыскании убытков с арбитражного управляющего; в-третьих, служит ориентиром для правильной квалификации реституционных правоотношений в делах о банкротстве, не позволяя подменять их искусственно созданной очередностью текущих платежей.
В защиту арбитражного управляющего хочется отметить, что ситуация с титулом собственника спорных помещений небанальная с учетом того, что девять судей разбирались в ней более двух лет, полагает Ольга Мальцева, вице-президент Ассоциации профессиональных арбитражных управляющих «ГАРАНТ».
Она рискнула предположила, что управляющий, приступив в 2021 г. к расчетам с кредиторами, исходил из того, что решение Арбитражного суда города Москвы от 15 июля 2021 г. по делу № А40-233655/2020, которым право собственности на спорное имущество фактически было сохранено за должником, вступило в законную силу, а какие-либо обеспечительные меры (например, в виде запрета конкурсному управляющему осуществлять расчеты с кредиторами) отсутствовали.
Конечно, в данном случае, пояснила она, с учетом имеющейся правовой неопределенности относительно правомерности включения спорных помещений в конкурсную массу должника и их последующей реализации в рамках процедуры конкурсного производства, управляющему следовало дождаться истечения срока на кассационное обжалование указанного выше решения суда и постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 11 октября 2021 г. по тому же делу и только после этого принимать решение о распределении денежных средств среди кредиторов.
Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 25 марта 2026 г. по делу № А40-54660/16 о взыскании убытков с арбитражного управляющего – очередное напоминание о том, что даже при наличии зарегистрированного в ЕГРН права не стоит: 1) пренебрегать проверкой открытых и общедоступных источников на предмет имеющихся споров в отношении имущества должника; 2) а при наличии таковых – спешить с реализацией спорного имущества и уж тем более с распределением выручки в случае, если оно уже продано.
