В феврале 2016 г. АО «АИЖК РТ» приобрело у АО «Таткоммунпромкомплект» 77,1 млн акций последнего по номинальной стоимости 10 рублей за штуку. В октябре 2017 г. внеочередное собрание акционеров АО «АИЖК РТ» одобрило передачу этих акций в качестве пожертвования Министерству земельных и имущественных отношений Республики Татарстан, которое являлось мажоритарным акционером должника. Стороны заключили договор пожертвования, по которому акции безвозмездно перешли в собственность республики для «укрепления экономики и финансовой системы региона». В рамках банкротства АО «АИЖК РТ» конкурсный управляющий оспорил этот договор как притворную сделку, прикрывающую дарение между коммерческими организациями, а также по специальным основаниям Закона о банкротстве. Суды первой и апелляционной инстанций отказали в иске, однако суд округа отменил их акты и направил спор на новое рассмотрение. АО «Таткоммунпромкомплект» обжаловало постановление суда округа в Верховный Суд, указав на нарушение норм процессуального права и настаивая на правильности выводов нижестоящих судов об отсутствии оснований для признания сделки недействительной. Судья ВС Ирина Букина передала жалобу в Экономколлегию, которая отменила постановление Арбитражного суда Поволжского округа и оставила в силе определение Арбитражного суда Республики Татарстан и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда, которыми в удовлетворении требований КУ было отказано (дело № А65-18392/2019).
Фабула
В феврале 2016 г. АО «Таткоммунпромкомплект» (продавец) и АО «АИЖК РТ» (покупатель) заключили договор купли-продажи акций, по которому АО «АИЖК РТ» приобрело 77,1 млн обыкновенных именных бездокументарных акций АО «Таткоммунпромкомплект» по номинальной стоимости 10 рублей за штуку.
В октябре 2017 г. состоялось внеочередное общее собрание акционеров АО «АИЖК РТ», на котором 100% голосов одобрили крупную сделку по пожертвованию этих акций Министерству земельных и имущественных отношений Республики Татарстан. Министерство являлось мажоритарным акционером АО «АИЖК РТ».
В октябре 2017 г. АО «АИЖК РТ» направило в адрес Министерства договор пожертвования, Министерство распоряжением одобрило предложение и приняло акции в собственность Республики Татарстан.
В октябре 2017 г. стороны заключили договор пожертвования, по которому 77,1 млн акций (24,07% уставного капитала АО «Таткоммунпромкомплект») АО «АИЖК РТ» безвозмездно передало Министерству. Согласно договору, акции предназначались для использования в общественно полезных целях — «способствования укреплению экономики Республики Татарстан и финансовой системы региона».
В рамках дела о банкротстве АО «АИЖК РТ» конкурсный управляющий обратился с заявлением о признании договора пожертвования недействительным. Управляющий сослался на ничтожность сделки по ст. 168, 170 и 575 Гражданского кодекса как прикрывающей договор дарения между коммерческими организациями, а также на недействительность по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Управляющий попросил обязать Министерство возвратить акции должнику и внести соответствующие изменения в реестр акционеров.
Суды первой и апелляционной инстанций отказали в иске, однако суд округа отменил их акты и направил спор на новое рассмотрение. АО «Таткоммунпромкомплект» обжаловало постановление суда округа в Верховный Суд, который решил рассмотреть этот спор.
Что решили нижестоящие суды
Арбитражный суд Республики Татарстан и Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд исходили из недоказанности совокупности условий для признания сделки недействительной как по общегражданским, так и по специальным основаниям Закона о банкротстве. Договор был заключен с общеполезной целью, поэтому нет оснований полагать, что он прикрывает противоправную сделку. Министерство при принятии пожертвования действовало добросовестно и не знало о наличии у АО «АИЖК РТ» неисполненных финансовых обязательств.
Суды также пришли к выводу, что сделка не причинила ущерб имущественным правам кредиторов должника, а на дату ее совершения у АО «АИЖК РТ» отсутствовали признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества.
Арбитражный суд Поволжского округа отменил судебные акты нижестоящих инстанций и направил спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Суд округа не опроверг выводы судов о недоказанности оснований для признания сделки недействительной по общегражданским основаниям, однако указал на нарушения норм процессуального права при сборе и оценке доказательств по специальным банкротным основаниям.
В частности, суд округа отметил, что вопрос о наличии или отсутствии на дату совершения сделки признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника относится к вопросу права, который суд должен разрешить самостоятельно на основании представленных доказательств, а не передавать на разрешение эксперту.
Кроме того, суд кассационной инстанции нашел противоречивыми выводы нижестоящих судов о нулевой цене спорных акций и указал, что бремя доказывания стоимости акций, отличной от балансовой, возлагается на ответчика.
Что думает заявитель
АО «Таткоммунпромкомплект» сослалось на нарушение судом кассационной инстанции норм процессуального права. АО «Таткоммунпромкомплект» указало на правильность выводов судов первой и апелляционной инстанций о недоказанности всей совокупности условий для признания оспариваемой сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.
Что решил Верховный Суд
Судья ВС Ирина Букина передала жалобу в Экономколлегию.
ВС указал, что оспариваемая сделка была совершена в пределах трехлетнего периода подозрительности до дня возбуждения дела о банкротстве и представляет собой договор пожертвования, не предусматривающий в силу ст. 582 ГК РФ наличия встречного предоставления. Такая сделка подлежит проверке на соответствие требованиям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, согласно которому недействительной является подозрительная сделка, совершенная в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.
Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо установить совокупность обстоятельств: сделка совершена с целью причинения вреда кредиторам, в результате ее совершения такой вред причинен, а другая сторона знала или должна была знать об указанной цели (п. 5 Постановления Пленума ВАС № 63).
Суд округа, отменяя акты первой и апелляционной инстанций, не опроверг правильности их выводов о недоказанности совокупности условий для признания сделки недействительной по общегражданским основаниям. Суд округа указал лишь на допущенные нарушения при сборе и оценке доказательств для проверки по специальным банкротным основаниям.
Суды первой и апелляционной инстанций установили, что Министерство при совершении сделки действовало добросовестно и не было осведомлено о тяжелом финансовом состоянии АО «АИЖК РТ», поскольку руководствовалось отчетом руководителя и бухгалтерской отчетностью за I полугодие 2017 г., в которой величина чистых активов была отражена в размере 1,04 млрд рублей. На дату совершения сделки в открытых источниках отсутствовали сведения о предъявленных к АО «АИЖК РТ» требованиях.
Суд округа факт недоказанности осведомленности Министерства об ущемлении прав кредиторов не поставил под сомнение и не привел каких-либо конкретных доказательств, не получивших надлежащей правовой оценки со стороны нижестоящих судов. В обжалуемом постановлении суд округа указал лишь на то, что Министерство являлось мажоритарным акционером АО «АИЖК РТ».
Суд округа не учел, что в отдельных случаях публично-правовые образования приобретают контрольные пакеты акций не столько в целях реализации имущественных прав акционера, а для выполнения публично-правовых функций контроля за социально значимыми отраслями. Суды установили и никем не оспаривается общественно полезная цель совершения сделки. Участие Министерства в капитале АО «АИЖК РТ» в данном случае не может являться достаточным основанием для презюмирования его осведомленности об ущемлении интересов кредиторов.
Экономколлегия указала, что предусмотренная абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве презумпция осведомленности является опровержимой и в данном споре суды первой и апелляционной инстанций установили обстоятельства добросовестности поведения Министерства, его осмотрительности, исследовали мотивы принятия акций в собственность, а также приняли во внимание отсутствие по состоянию на октябрь 2017 года каких-либо источников информации, из которых Министерство могло бы прийти к выводу о тяжелом финансовом положении АО «АИЖК РТ».
Суд округа в обжалуемом постановлении не привел мотивов в обоснование отклонения поведения Министерства от общепринятого стандарта. В условиях обычного оборота принятие пожертвования не может обусловливаться проверкой имущественного положения жертвователя.
Осведомленность Министерства о цели совершения сделки отсутствует и этого обстоятельства достаточно для отклонения заявления КУ. Учитывая установление судами первой и апелляционной инстанций значимых для разрешения спора обстоятельств, оснований для направления спора на новое рассмотрение по мотиву неправильного применения норм процессуального права при сборе и оценке доказательств у суда округа не имеется.
Итог
СКЭС отменила постановление Арбитражного суда Поволжского округа и оставила в силе определение Арбитражного суда Республики Татарстан и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда, которыми в удовлетворении требований КУ было отказано.
Почему это важно
Обоснованность позиции ВС РФ не вызывает сомнений, поскольку суд округа сосредоточился на важных составляющих недействительности сделки без учета необходимости информированности стороны договора о финансовом кризисе должника, отметила Юлия Литовцева, партнер, руководитель практики банкротства и антикризисной защиты бизнеса Юридической компании «Пепеляев Групп».
Однако в отсутствие такой информированности наличия иных элементов нормы недостаточно, указала она.
Существенные нарушения материального или процессуального права применительно к установлению нижестоящими судами неосведомленности приобретателя акций о финансовом положении должника в постановлении суда округа не приведены. В такой ситуации другой вывод ВС РФ вряд ли был бы возможен.
За три года до возбуждения дела о банкротстве совершена безвозмездная сделка в пользу мажоритарного акционера общества-банкрота, подчеркнул Роман Амбарцумов, ведущий юрист практики «Антикризис и банкротство» Юридической компании «Лемчик, Крупский и партнеры».
Казалось бы, продолжил он, нет ни единого шанса на то, чтобы суд оставил такую сделку в силе, но Верховный Суд РФ решил иначе.
Дьявол, как всегда, кроется в деталях, а главная деталь заключается в том, что мажоритарным акционером в данном деле являлось Министерство земельных и имущественных отношений Республики Татарстан, обратил внимание он Роман Амбарцумов.
Экономколлегия подчеркнула, что для публично-правового образования участие в капитале общества может быть обусловлено не столько приобретением корпоративных прав и обязанностей, сколько публичными функциями контроля за социально значимой отраслью. Из этого суд делает вывод о том, что само по себе участие публично-правового образования в капитале должника не означает механического признания его осведомленности о вреде кредиторам, констатировал он.
Такой подход ВС РФ является заметно более тонким и менее формалистским. Безусловно, для органов власти и компаний с государственным участием такая позиция снижает риск ретроспективного оспаривания сделок, совершенных в рамках публичных или социально значимых задач, при условии, что они корректно оформлены и сопровождаются прозрачными внутренними решениями. Между тем важно, чтобы указанная позиция не была воспринято нижестоящими судами как безусловный иммунитет от оспаривания сделок, заключенных с публично-правовыми образованиями.
