Инвестиционно-финансовая группа Fordewind подала намерения о банкротстве четырех ключевых юрлиц алтайского производителя мороженого «Русский холод». Совокупный долг этих компаний по итогам 2025 г. превысил 12,5 млрд рублей. В мае 2026 г. «Русский холод» приостановил поставки основным партнерам и начал процедуру аудита. Инвесткомпания А1 уже предложила кредиторам выкупить долги и получить контроль над бизнесом «за номинальный рубль», оценив инвестиции в оздоровление в 1,5 млрд рублей. Юристы полагают, что подача заявления о банкротстве со стороны Fordewind может быть направлена на усиление переговорных позиций при консолидации долгов. Проблемы «Русского холода» развиваются на фоне общего спада на рынке мороженого: производство в январе — феврале 2026 г. сократилось на 17,1% год к году.
ООО МФК «Фордевинд» (инвестиционно-финансовая группа Fordewind) Сергея Землянова намерена обратиться в арбитражный суд с заявлениями о банкротстве четырех юридических лиц, связанных с компанией «Русский холод», рассказал «Коммерсантъ». Речь об АО «Русский холодъ», АО «ТД "Русский холод"», ООО «Алтайхолод» и «Лагуна койл». Соответствующее сообщение было опубликовано 12 мая 2026 г. на портале Федресурс. Все заявления связаны с наличием признаков неплатежеспособности. В «Русском холоде» и Fordewind оперативно не предоставили комментариев.
О должнике
«Русский холод» работает на рынке мороженого с 2005 г. и выпускает продукцию под брендами «Лакомка», «Настоящий пломбир», «Монарх», СССР. Компанию в Алтайском крае основали Илья Кузнецов, Константин Романенко и Андрей Ситников. В настоящее время бенефициары не раскрываются. В отчетности за 2024 г. владельцами значились Антон Терентьев и Андрей Ситников. Совокупная выручка четырех структур «Русского холода», банкротства которых добивается Fordewind, в 2025 г. достигла 16,1 млрд рублей, увеличившись год к году на 18,5%, следует из данных СПАРК.
По подсчетам Национального союза производителей молока («Союзмолоко») и Streda Consulting, «Русский холод» в 2025 г. занял десятое место по объему выпуска продукции среди производителей мороженого в России. Компания выпустила 15 тыс. тонн продукции, что на 25% меньше год к году. Этот спад вдвое превышает общее снижение по рынку: совокупное производство мороженого в России в 2025 г. сократилось на 7,5% (до 517 тыс. тонн).
Сложности у «Русского холода» продолжились и в 2026 г. 1 мая компания приостановила поставки основным партнерам и начала процедуру аудита, сообщало отраслевое издание Milknews со ссылкой на письмо руководства. Одной из причин нарастающих проблем стала высокая кредитная нагрузка: совокупный долг четырех основных компаний «Русского холода» по итогам 2025 г. превысил 12,5 млрд рублей.
На бизнес уже нашлись потенциальные покупатели. 7 мая РБК сообщал о намерении инвесткомпании А1 приобрести долги «Русского холода» и получить в перспективе контроль над бизнесом «за номинальный рубль». Издание ссылалось на предложение, направленное кредиторам. Инвестиции в оздоровление предприятия А1 оценила в 1,5 млрд рублей.
Почему это важно
Само сообщение о намерении обратиться с заявлением о банкротстве еще не запускает процедуру, но при этом является значимым процессуальным шагом, отметил Борис Богоутдинов, управляющий партнер Консалтинговой группы «2Б Диалог».
По существу, пояснил он, оно открывает кредитору возможность в установленный срок перейти к подаче заявления в арбитражный суд и одновременно публично фиксирует готовность использовать набор «банкротных инструментов», если реструктуризация долга не будет согласована.
Для должника и остальных кредиторов, по его словам, это существенный сигнал о том, что спор выходит за рамки обычных переговоров о просроченной задолженности и может перейти в иную процессуальную плоскость с введением процедур контроля, проверкой сделок и изменением баланса сил внутри кредиторского контура. Учитывая масштаб задолженности в более чем 12,5 млрд руб., риск банкротства существенный.
Для кредиторов, продолжил Борис Богоутдинов, это в первую очередь риск нарушения операционного цикла. По публикациям СМИ, указал он, уже заметно, что в мае были приостановка поставки основным контрагентам и инициирование аудита. По существу, окно возможностей внесудебного урегулирования закрывается по мере потери контроля за сроками поставки, снижением оборотного капитала и, главное, – доверия со стороны контрагентов. Поэтому публикация Fordewind, скорее всего, решает несколько ключевых задач, предположил он.
Публичная готовность перехода из переговорной плоскости в судебную.
Усиление своей переговорной позиции с должником, другими кредиторами и потенциальными инвесторами. По существу, наглядно и публично иллюстрируется возможность сценария не только реструктуризации, но и банкротства.
Статус первого активного заявителя.
Данный подход, по мнению Бориса Богоутдинова, дает некий «контроль» над стартом процедуры, возможность инициации кандидатуры временного управляющего или СРО. Также если рассматривать этот шаг в практическом смысле, ощутим определенный элемент борьбы за конфигурацию будущей сделки. Такая конфигурация позволит определять, в том числе, консолидацию долга, контроль комитета кредиторов, условия сотрудничества с новыми инвесторами, резюмировал он.
Учитывая предложение компании А1, вероятнее всего, актив не полностью безнадежен, и оценивается в большей степени проблемным, что позволяет перезапустить бизнес. Поэтому инициация намерения о банкротстве здесь выступает в первую очередь инструментом смены контроля и принудительной реструктуризации. О возможных сценариях развития заявленного намерения сложно судить. Здесь может быть много сценариев – от мирового соглашения или досудебной реструктуризации до введения наблюдения и конкурсного производства. В целом, если кредиторы договорятся о продаже долга и единой стратегии перезапуска бизнеса, то процедура будет использована в качестве понятного и управляемого механизма санации. В случае, если договориться не удастся, начнется процесс борьбы кредиторов за влияние, оспаривания сделок, инвентаризации активов, реализации имущества – полноценный банкротный цикл. Один из основных рисков для должника – влияние рыночной конъюнктуры, снижение производства мороженого в первом квартале 2026 г. более чем на 17%, т.е. если динамика продолжится, восстановление бизнеса придется проводить на проседающем рынке.
Подача заявлений о намерении инициировать банкротство в ситуации с «Русским холодом» выглядит как этап развития корпоративного конфликта вокруг компании с высокой долговой нагрузкой, полагает Александр Тихов, руководитель департамента финансово-экономических экспертиз Консалтинговой компании «АВЕРТА ГРУПП».
По сути, по его словам, кредиторы фиксируют свои требования и демонстрируют готовность перейти к судебной процедуре банкротства, если реструктуризация задолженности или сделка по спасению бизнеса не состоятся. В данном случае речь идет о существенном объеме обязательств в размере более 12,5 млрд руб., что само по себе создает высокий риск неплатежеспособности и дефицита ликвидности.
Заявление о намерении инициировать банкротство дает кредитору сразу несколько преимуществ, подчеркнул Александр Тихов.
Во-первых, это инструмент давления в переговорах с собственниками и потенциальными инвесторами.
Во-вторых, кредитор получает возможность занять более сильную позицию в потенциальной процедуре банкротства, включая влияние на выбор кандидатуры арбитражного управляющего.
Чаще всего, констатировал он, подобные действия свидетельствуют о том, что кредиторы сомневаются, что должник сможет восстановить платежеспособность.
Для самого должника основной риск здесь, конечно, заключается в потере контроля над ситуацией, поскольку после возбуждения дела о банкротстве компания сталкивается с ограничениями по распоряжению активами, усилением контроля со стороны кредиторов и риском оспаривания отдельных сделок. Дополнительно возрастает вероятность ухода контрагентов, сокращения поставок и ухудшения условий финансирования. Эта процедура нередко используется как инструмент в переговорах, в том числе, для смены контроля над активом, отметил он.
Возможны сценарии реструктуризации долгов, вхождения нового инвестора, мирового соглашения или продажи бизнеса в рамках процедуры. Однако при сохранении высокой долговой нагрузки и отсутствии устойчивого денежного потока наиболее вероятным итогом может стать введение конкурсного производства с последующей реализацией активов и перераспределением контроля над компанией.
