Борис Богоутдинов

Вместе с тем новый механизм неизбежно рискует создать почву для дополнительных споров, если не будут четко урегулированы его ключевые элементы: минимальная цена отсечения, шаги изменения цены, момент фиксации первой заявки, критерии проверки аффилированности участников и объем раскрываемой информации по лоту. Самостоятельной проблемой станет соотношение раскрытия информации и режима коммерческой тайны, особенно если часть потенциальных покупателей уже располагает значимыми сведениями об активе, которые недоступны остальным участникам рынка. Поэтому на практике такой механизм будет работать только при четком процессуальном регулировании и понятной экономической логике его применения. Иначе вместо повышения эффективности торгов реформа может создать лишь дополнительные споры и остаться формальной инициативой.

Для правоприменительной практики это постановление имеет существенное значение прежде всего применительно к делам о банкротстве граждан, поскольку задает ориентир на проверку соразмерности объема реализуемого имущества размеру реестровых требований, экономической обоснованности формирования лотов и допустимости продажи единым лотом только при наличии доказанной связанности активов. Также оно усиливает процессуальные позиции самих должников и их супругов при оспаривании положений о продаже, в случае если финансовый управляющий делает попытки реализации имущества без должного анализа в части делимости активов в общей структуре. Решение суда повышает требования к качеству работы финансовых и арбитражных управляющих в вопросах идентификации, анализа и формирования доказательной базы при утверждении положения о реализации. Данное постановление задает прикладной практический аспект в части проверки соразмерности объема реализации общему размеру долга, обоснованности лотирования, учета прав собственников и достоверности оценки рыночной стоимости имущества.

Без дополнительных инструментов рефинансирования подобный сценарий реализуем. Уже видно, как банки ужесточают механизмы андеррайтинга и минимизируют рост беззалоговых кредитов, перенаправляя потоки в более устойчивые направления, такие как ипотека с государственной поддержкой, корпоративное кредитование в определенных сегментах экономики. В итоге, вероятно, мы увидим разнонаправленную картину для разных сегментов банков: крупные продолжат показывать прибыль, тогда как малые и неэффективные будут присоединены к крупным или уйдут с рынка. Скорее всего, в среднесрочной перспективе ЦБ будет искать баланс между стимулированием роста сектора и защитой населения через целевые программы налоговых послаблений для банков и взыскания долгов.

С моей точки зрения, позиция Верховного Суда имеет системное значение для корпоративных споров. Она существенно ограничивает возможность манипулирования ценой выкупа и укрепляет защиту миноритарных акционеров-работников. Влияние на практику оспаривания сделок очевидно: теперь любые операции, связанные с обязательным выкупом акций у работников, будут подлежать проверке на соответствие принципу рыночной справедливости. При выявлении отклонений суды будут обязаны корректировать условия сделок, восстанавливая нарушенные права работников. В практическом аспекте это означает, что любые общества должны заранее обеспечивать независимую рыночную оценку в соответствии с требованиями ФЗ-135 «Об оценочной деятельности» и верифицировать корректность отчета об оценке, иначе существует высокий риск признания выкупных условий недействительными или их судебного пересмотра.

Идея о преобразовании «2Б Диалог» в консалтинговую группу возникла после того, как в 2022 г. мы приняли новую стратегию работы на рынке. Команда сосредоточилась на развитии таких направлений, как оценка интеллектуальной собственности и нематериальных активов — программного обеспечения, товарных знаков, ЦФА и т.п., оценка проблемных активов при банкротстве и антикризисный консалтинг. Одновременно велась работа по оценке недвижимости, инвестиционных проектов, ценных бумаг и иных активов, финансовому и налоговому консалтингу, проведению финансовых, строительных и других экспертиз. Последние изменения позволят нам более полно удовлетворять потребности заказчиков.

Рассматриваемые кейсы демонстрируют напряжение между публичным правом взыскания задолженности в бюджет и частным правом банкротства. На практике уже возникают вопросы: может ли налоговый орган оформить залог накануне банкротства и быть признан обеспеченным кредитором, если он формально соблюдает процедуры НК РФ, но действует в ущерб другим участникам процедуры? Значение этой дискуссии выходит за пределы представленных единичных дел: она напрямую затрагивает интересы арбитражных управляющих, которые должны оценивать оспоримость таких залогов, а также кредиторов, чьи шансы на удовлетворение требований могут быть существенно снижены. Позиция, которая будет окончательно сформулирована Верховным Судом в деле № А72-19547/2022, способна стать ориентиром для всей правоприменительной практики и оказать влияние на соотношение публичных и частных интересов в делах о несостоятельности. В условиях отсутствия устоявшейся линии вопрос о границах допустимости налогового залога в период подозрительности становится принципиальным не только для текущих дел, но и для нормативного регулирования в целом.

Применительно к росту числа банкротств в 2025-м, с учетом текущих макроэкономических и институциональных условий он представляется наиболее вероятным. Причины этого кроются в сочетании высокой ключевой ставки, структурных ограничений на рынке труда, санкционного давления и ухудшающейся долговой нагрузки бизнеса и населения. В условиях столь высокой стоимости заемных средств резко сужаются возможности для рефинансирования и инвестиционной активности. Бизнес с высокой долговой нагрузкой (в первую очередь в капиталоемких отраслях) уже сталкивается с ростом расходов на обслуживание долга. Условия кредитования становятся фактически недоступными для малого и среднего бизнеса, особенно вне крупнейших городов. Эффект усилен тем, что банковская система, в условиях санкционного давления и ограничения международных расчетов, переориентировалась на работу преимущественно с крупными клиентами и госкорпорациями.

Позиция суда ограничивает возможность использования механизмов пересмотра с целью затягивания судебного процесса, включая уклонение от исполнения принятых решений. Ссылаясь на ч. 2 ст. 311 АПК РФ, суд акцентирует внимание на соблюдении добросовестности и раскрытии всей информации во избежание манипулирования доказательной базой. По существу это можно воспринимать как сигнал для других участников банкротных процессов. Позиция Арбитражного суда Северо-Кавказского округа соответствует сложившейся практике применения единого механизма пересмотра судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам, так как опирается на постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 52 от 30 июня 2011 г., до сих пор сохраняющее свою актуальность.