В период с 2016 по 2021 г. Станислав Кафлевский исполнял обязанности арбитражного управляющего в деле о банкротстве АО «Промко» и допустил ряд нарушений, повлекших убытки на сумму свыше 31 млн рублей. Суд ранее признал действия Кафлевского незаконными и взыскал указанную сумму, однако сам управляющий выплаты не произвел. В связи с этим Наталья Лаврентьева инициировала взыскание компенсационной выплаты из фонда Ассоциации ведущих арбитражных управляющих «Достояние». Суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска, а апелляционный суд частично удовлетворил требования и взыскал 14,5 млн рублей в пользу конкурсной массы. Обе стороны обжаловали решение в окружной суд, оспаривая количество самостоятельных случаев причинения вреда и применимость установленного законом лимита. Кассационная инстанция установила, что спорные эпизоды формируют два самостоятельных случая нарушений, один из которых исчерпал лимит выплаты в пользу Управления ФНС по Свердловской области. Суд указал, что оставшиеся неправомерные расходы Кафлевского и выплаты третьим лицам образуют единый случай, подлежащий компенсации в пределах максимального размера. Кассация снизила сумму взыскания до 5 млн рублей, отклонив требования по площадке «Сан-Донато» из-за отсутствия прямого указания в резолютивной части ранее вынесенного акта (дело № А56-41037/2024).
Фабула
В 2024 г. АО «Промко» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к Ассоциации ведущих арбитражных управляющих «Достояние» о взыскании 31,2 млн рублей компенсационной выплаты из-за убытков, причиненных арбитражным управляющим Станиславом Кафлевским. Суд передал дело в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области и привлек третьих лиц.
Суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска, а апелляционный суд частично удовлетворил требования и взыскал 14,5 млн рублей в пользу конкурсной массы.
После чего Ассоциация «Достояние» и Наталья Лаврентьева подали кассационные жалобы в окружной суд. «Достояние» настаивало на том, что все эпизоды образуют единый случай убытков и лимит выплаты полностью исчерпан, а Лаврентьева потребовала дополнительно взыскать 5 млн рублей за безвозмездную передачу промышленной площадки «Сан-Донато».
Что решили нижестоящие суды
Суд первой инстанции полностью отказал в удовлетворении иска, указав, что требование АО «Промко» включено в реестр кредиторов ООО «РИКС» в размере 26,3 млн рублей. Судья сделал вывод об отсутствии права на компенсационную выплату, поскольку существовала вероятность возмещения убытков от третьего лица. Выгодоприобретатель не доказал невозможность получения страхового возмещения.
Апелляционный суд отменил это решение и пришел к выводу, что отказ в компенсации допустим только при полном возмещении убытков за счет страховки. Суд апелляционной инстанции квалифицировал действия Кафлевского как три самостоятельных случая причинения вреда: заключение договоров с ООО «ЧОП «Гарант-НТ», перевод средств на личный счет Кафлевского и неудержание расходов залоговых кредиторов.
Апелляционный суд взыскал с Ассоциации «Достояние» 14,5 млн рублей в конкурсную массу, отклонил довод о едином случае убытков, но отказал во взыскании оставшейся суммы.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Северо-Западного округа указал, что закон ограничивает компенсационную выплату 5 млн рублей применительно к одному случаю причинения убытков. Случай убытков определяется не каждым отдельным действием, а нарушением конкретной обязанности арбитражного управляющего.
Нарушение может формироваться несколькими фактическими обстоятельствами. Спорные эпизоды делятся на две группы нарушений, образующие два самостоятельных случая. Первая группа касается нарушения порядка распределения средств от реализации заложенного имущества. Станислав Кафлевский не удержал расходы на сохранность залога и погашение требований кредиторов первой и второй очереди.
Суд указал, что Кафлевский направил средства на погашение текущих платежей в нарушение установленной очередности. Эти действия привели к непогашению требований Управления ФНС по Свердловской области. По данному случаю Ассоциация «Достояние» уже выплатила налоговому органу предельные 5 млн рублей.
Налоговый орган в любом случае обладает преимуществом перед иными лицами. Кассация пришла к выводу, что лимит по первому случаю полностью исчерпан выплатой в пользу Управления ФНС по Свердловской области.
Вторая группа эпизодов связана с неправомерным расходованием конкурсной массы без наличия обязательств у АО «Промко».
Суд объединил оплату услуг ООО «ЧОП «Гарант-НТ» за объекты, не принадлежащие должнику или охраняемые после отчуждения. Кассация также включила в эту группу перевод 6 млн рублей на личный счет Кафлевского без надлежащих оправдательных документов. Эти действия формируют единый случай неосновательного изъятия средств из конкурсной массы. Кассация пришла к выводу, что данный случай подлежит компенсации в пределах 5 млн рублей.
Относительно требований по промышленной площадке «Сан-Донато» суд указал, что размер убытков по данному эпизоду отсутствует в резолютивной части постановления от 7 февраля 2022 г. Представленный в мотивировочной части расчет не заменяет резолютивную часть.
Суд напомнил, что ранее отказал в исправлении опечатки, поскольку это изменило бы содержание судебного акта. Следовательно, основания для взыскания компенсации по данному эпизоду полностью отсутствуют.
Итог
Арбитражный суд Северо-Западного округа изменил постановление апелляционной инстанции и взыскал с Ассоциации «Достояние» в пользу АО «Промко» компенсационную выплату в размере 5 млн рублей.
Почему это важно
Вопрос о применении лимита выплат из компенсационного фонда СРО в принципе является весьма чувствительным для отрасли, так как Закон о банкротстве обязывает СРО сформировать и поддерживать такой фонд в размере не менее 50 млн рублей и в то же самое время допускает взыскание за счет него за один случай убытков аж до 50% размера фонда (п. 11 ст. 25.1 Закона о банкротстве), отметил Дмитрий Авдеев, советник Авангард Права.
С одной стороны, пояснил он, компенсационный фонд – это еще один инструмент защиты прав участников отношений в связи с проведением процедур банкротства после страхования ответственности управляющих; с другой – при таком минимуме размера фонда Закон о банкротстве устанавливает, что в СРО должно быть не менее 100 членов (п. 2 ст. 21 Закона о банкротстве), и тут несложно представить, какая огромная финансовая нагрузка ложится на членов небольших СРО при формировании компенсационного фонда и последующем его пополнении.
Однако при такой сложности формирования компенсационного фонда, по его словам, СРО может легко и просто лишиться его в один момент предъявлением к нему всего двух требований об убытках на сумму свыше 25 млн рублей каждое. К тому же, если где-то есть «живые» деньги для покрытия убытков управляющего, непременно начинают появляться «охотники» за такими деньгами, ведь, зачем вовлекаться в процедуру, помогать управляющему и годами ждать денег, особенно, если изначально потенциал их получения околонулевой, когда «проще» взыскать убытки с управляющего и получить деньги с него, со страховой компании и компенсационного фонда СРО.
В подобных делах вся суть обычно сводится к тому, а что считать одним случаев убытков – от этого напрямую зависит применение лимита ответственности фонда, указал Дмитрий Авдеев. В данном случае суд, отметил он, продолжил развивать ранее наметившийся правовой подход о группировке схожих по правой природе нарушений в единый случай убытков, поскольку, по мнению Дмитрия Авдеева, иной подход допускает больше пространства для злоупотреблений, вплоть до искусственного разделения крупных требований, чтобы обойти лимит, что недопустимо.
При этом, подчеркнул он, интересно вспомнить динамику изменения закона в этой части – норма о компенсационном фонде и лимите его ответственности появилась в законе в 2008 г. и тогда лимит был 25% от размера фонда на один случай убытков, в 2014 г. законодатель указал лимит в твердой сумме – базовый – это 5 млн рублей на один случай убытков, а когда предусмотрена дополнительная страховка – то 1 млн рублей также на один случай убытков. В 2017 г. лимит для случаев с дополнительной страховкой был исключен из закона, а в 2019 г. законодатель снова вернул относительную величину, только это уже стало 50% от размера фонда на один случай убытков, уточнил Дмитрий Авдеев.
В этом вопросе важно нащупать баланс, когда одновременно будет выполняться функция фонда обеспечить восстановление нарушенных прав, а конструкция ограничения размера ответственности не позволит одному кредитору в моменте лишить СРО всего фонда, и хорошо бы, если бы эти критерии были систематизированы и изложены в обзоре практики или даже постановлении пленума, а еще лучше – конкретизированы и изложены в законе.
По мнению Максима Борисова, управляющего партнера Юридической компании IMPRAVO, кассация сформулировала важный правовой подход: для определения «одного случая причинения убытков» необходимо оценивать не количество эпизодов, а единую сущность нарушения.
Суд, пояснил он, объединил в один случай все неправомерные расходования конкурсной массы (необоснованная оплата охраны и перечисление средств на личный счет управляющего), поскольку они представляли собой единое длящееся нарушение – вывод денег из конкурсной массы в отсутствие обязательств должника. Отдельным случаем, по его словам, признано нарушение порядка удовлетворения требований кредиторов, повлекшее убытки в другой части.
Позиция суда имеет системное значение для практики: она препятствует дроблению требований кредиторами для получения многократной компенсации за счет фонда СРО и одновременно защищает СРО от необоснованного превышения лимита. Судам предписано анализировать не формальное количество действий, а их правовую однородность и последствия для конкурсной массы. Такой подход стабилизирует практику применения ст. 25.1 Закона о банкротстве и снижает риски двойного взыскания.
Арбитражный суд Северо-Западного округа изменил подход к определению «случая причинения убытков» применительно к лимиту компенсационной выплаты из фонда саморегулируемой организации (СРО) арбитражных управляющих, констатировал Денис Саблуков, руководитель практики реструктуризации и банкротства Компания Sudohod.
Суд объединил два разноплановых, но, по его мнению, однородных нарушения конкурсного управляющего в один случай, что вдвое сократило сумму, подлежащую взысканию с СРО «Достояние» в пользу должника. Кассация (АС СЗО), по словам Дениса Саблукова, изменила подход:
Объединила эпизоды с оплатой охраны (4,54 млн) и перечислениями себе (6,05 млн) в один случай – «неправомерное расходование конкурсной массы в отсутствие обязательств должника».
Эпизод с нарушением правил ст. 138 Закона о банкротстве (неудержание с залоговых кредиторов) признала отдельным случаем, но компенсация по нему уже выплачена ФНС (5 млн), поэтому взыскание в пользу конкурсной массы по этому эпизоду невозможно. Итог: с СРО взыскивается только 5 млн руб. (а не 10 или 14,54 млн). Окружной суд фактически ввел критерий однородности: если несколько нарушений связаны единой обязанностью управляющего (например, обязанностью расходовать конкурсную массу только при наличии законных оснований и надлежащем подтверждении), то все они образуют один страховой/компенсационный случай, даже если это разные договоры, разные контрагенты и разное правовое обоснование. При этом перечисление денег самому себе и оплата фиктивной охраны – разные по форме действия. Но кассация сочла, что суть одна: необоснованное изъятие денег из конкурсной массы при отсутствии встречного предоставления или документов.
Относительно влияния на практику возможны два варианта развития событий. Во-первых, саморегулируемые организации получат сильный аргумент: любое неправомерное расходование конкурсной массы (независимо от количества платежей, контрагентов и временных периодов) – это один случай, лимит 5 млн руб. Кредиторам и должникам придется доказывать, что нарушения относятся к разным обязанностям управляющего (например, охрана – к обязанности по сохранности имущества, перечисления себе – к обязанности по отчетности). Просто «разные действия» больше не работают. Во-вторых, нарушение ст. 138 Закона о банкротстве (неудержание расходов из залоговой выручки) кассация признала самостоятельным случаем, так как это нарушение очередности удовлетворения требований, а не обязанности не тратить массу безосновательно. Однако в данном деле компенсация по этому случаю уже ушла налоговому органу.
Важно: если у должника есть и залоговые кредиторы, и текущие обязательства, и ФНС – компенсация может быть одна на всех, предупредил он.
