Портал Право.ру составил рейтинг дел с наибольшими суммами взысканных судебных расходов за 2025 г. Банкротные споры заняли в нем сразу несколько позиций. Рекордсменами стали дела, связанные с субсидиарной ответственностью и оспариванием сделок должника.
Третье место досталось делу о взыскании убытков с Любови Левицкой в рамках банкротства КБ «Союзный». Агентство по страхованию вкладов требовало 1,08 млрд рублей, вменяя Левицкой 28 сделок. Первая инстанция удовлетворила иск, но апелляция и кассация встали на сторону Левицкой, которая заключила два договора: с юристом Агаревой на 6 млн рублей и с адвокатом Андреем Рогачевым на 1,75 млн рублей. Всего она заявила 7,5 млн рублей, суд взыскал 5 млн рублей. Агарева представляла интересы Левицкой в 24 заседаниях в трех инстанциях. Суд учел высокую сложность спора о взыскании убытков, объем работы представителя, количество судебных заседаний, объем доказательств и письменных позиций, продолжительность рассмотрения дела.
Четвертое место — у спора кредиторов «Энергокапитала» Марины Беренсен и Тамары Смирновой с «Метровагонмашем». Интересы кредиторов представляли юристы Ирина Ахнаева и Александр Цыганов по договору, действовавшему 7 лет. Они подготовили 49 процессуальных документов и поучаствовали в 43 заседаниях. Суд взыскал с ответчика 4,37 млн рублей — примерно по 100 тыс. рублей за заседание.
Девятая строчка у дела потребкооператива «Универсальная база» против «Акрополь Тверь». В деле о банкротстве должника кооператив в лице юриста Д. Яблоновской взыскал 2,58 млн рублей судрасходов по договорам за 2022–2023 гг. Конкурсный управляющий «Акрополь Тверь» не смог доказать, что расходы завышены.
На 10-м месте оказался спор Алексея Кочева, оспаривавшего свою субсидиарную ответственность по долгам «Металлмаркета». Для защиты он привлек юркомпанию «Геракл» по договору от апреля 2021 г. К нему подписали 6 приложений на все стадии процесса. Кочев отсудил у должника 1,8 млн рублей, в том числе 1,34 млн рублей в пользу юристов (вместо 1,64 млн) и командировочные в полном объеме.
Пятое место занял резонансный спор «Русхимальянса» с Deutsche Bank AG на 238 млн евро. Первоначально интересы истца представляла фирма Forward Legal по договору от августа 2022 г., но в мае 2023 г. команда перешла в АБ «Белых, Сотников и партнеры» (бренд ELWI), продолжив работу. Суд взыскал с банка 3,73 млн рублей расходов в пользу юристов (из заявленных 17,3 млн рублей).
В шестом по размеру деле юристы фирмы VINDER представляли миноритария Петра Ловчиновского в споре с «Эн+Генерация». Сопровождение спора в трех инстанциях обошлось истцу в 4 млн рублей. Но суд снизил сумму взысканных расходов до 2,76 млн рублей, из которых 1,6 млн рублей составили представительские расходы.
Почему это важно
Традиционно банкротные обособленные споры славились своей дешевизной в части размера государственной пошлины и бесперспективностью предъявления судебных расходов к конкурсной массе должника, отметил Эдуард Шарко, руководитель аналитической группы отдела по работе с активами ликвидируемых кредитных организаций Юридической компании «Юрэнергоконсалт».
С 2024 г. профессиональное сообщество наблюдает достаточно приятную тенденцию увеличения размеров взыскиваемых сум на судебное представительство и, что немаловажно, – в делах о банкротстве.
Данный тренд, по его словам, стал следствием комплекса предпринятых мер, направленных на снижение судебной нагрузки, а именно:
Обзор судебной практики № 1, утвержденный 29 мая 2024 г. Президиумом ВС РФ, распространил обязанность оплаты государственной пошлины по всем обособленным спорам в делах о банкротстве;
Федеральный закон от 8 августа 2024 г. № 259-ФЗ «О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса» кратно увеличил размер государственной пошлины;
Постановление Конституционного Суда РФ от 19 марта 2024 г. № 11-П/2024 по делу о проверке конституционности положений ч. 1 ст. 110 АПК РФ, ст. 5 и п. 3 ст. 137 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», которым определен временный порядок, предписывающий относить к пятой очереди текущих платежей судебные расходы, понесенные лицами, в пользу которых состоялись судебные решения и которые были вынуждены были понести судебные расходы для защиты от необоснованных притязаний находящегося в процедуре банкротства юридического лица.
Эти изменения привели к уменьшению количества «формальных» судебных споров и формированию внутреннего убеждения суда по обоснованности понесенных судебных расходов с учетом сопоставления размера государственной пошлины и стоимости услуг представителей, подчеркнул он.
Что касается формирования новой тенденции по взысканию судебных расходов в банкротных спорах, отметим, что первоначально Высший Арбитражный Суд РФ в 2012 г. однозначно определил, что судебные расходы кредитора и иных лиц, в пользу которых был принят судебный акт по обособленному спору, не являются текущими платежами и подлежат удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов, т.е. учитываются в разделе финансовых санкций третьей очереди реестра применительно к п. 3 ст. 137 Закона о банкротстве. Исходя из данной парадигмы, в подавляющем большинстве случаев было экономически нецелесообразно взыскивать судебные расходы в делах о банкротстве с конкурсной массы, учитывая, что процент удовлетворения необеспеченных требований кредиторов третьей очереди, согласно различным исследованиям, составляет не более 5%. Постановление КС РФ № 11-П/2024 от 19 марта 2024 г. изменило правила игры. Ответчики по обособленным спорам участвуют в деле о банкротстве вынужденно, против своей воли, исключительно потому, что к ним предъявлены материально-правовые требования, против которых они также вынужденно защищаются. После выигрыша в обособленном споре единственным имущественным интересом этих лиц является возмещение судебных расходов, которое в условиях ранее складывающейся судебной практики было фактически нереально. Такие ответчики теперь вправе возмещать свои финансовые потери в пятой очереди текущих платежей в соответствии с п. 2 ст. 134 Закона о банкротстве. А вероятность удовлетворения текущих платежей близится к 100%, что и стало стимулом им доводить такие обособленные споры до логического конца – обращаться за возмещением судебных расходов.
Подобный подход, по его словам, восстановил справедливость по отношению к недобровольным участникам обособленных споров, а также возложил на конкурсного управляющего и кредиторов обязанность более взвешенно подходить к вопросу предварительного анализа перспектив оспаривания сделок и взыскания убытков.
Он перечислил еще нескольких особенностей взыскания судебных расходов в делах о банкротстве:
возможность взыскания судебных расходов с кредитора в пользу возражающего кредитора (определение ВС РФ от 30 января 2024 г. № 305-ЭС23-16337 по делу № А40-193341/2021);
возможность взыскать расходы сразу по нескольким обособленным спорам (определение Верховного Суда РФ от 21 июня 2019 г. № 309-ЭС15-834(12) по делу № А60-12747/2004);
расходы по жалобам на арбитражного управляющего несутся лично арбитражным управляющим и возмещаются также в пользу него.
В остальном, пояснил Эдуард Шарко, процесс доказывания обоснованности понесенных судебных расходов в делах о банкротстве не отличается от ординарного порядка. Учитывается активное поведение стороны, сложность дела, объем проведенной работы, длительность рассмотрения спора, степень фиксации проведенной работы, соответствие цены оказываемых услуг рынку. Немаловажно своевременно обращаться за возмещением судебных расходов (не позднее трех месяцев со дня вступления в законную силу последнего судебного акта), подчеркнул он.
Действительно, в последнее время наблюдается тенденция увеличения размера судебных расходов, которые взыскиваются в арбитражных судах, согласился Петр Мацкевич, адвокат, советник Юридической фирмы Orchards.
Однако, по его мнению, следует учитывать, что в качестве судебных взыскиваются не только расходы на представителей, но и расходы на оплату госпошлины, которые заметно подросли в прошлом году, командировочные, расходы на экспертов и пр. С учетом инфляционных процессов необходимо констатировать, что во всех составляющих судебных расходов наблюдается ощутимый рост, в том числе и в части «представительских расходов».
Нельзя сказать, что в делах о банкротстве сформировался какой-то более благоприятный подход в части размеров компенсации судебных расходов. Скорее дела, попавшие в рейтинг, – это следствие двух тенденций: 1) в целом роста числа банкротных процедур; 2) того, что в делах о банкротстве порой рассматриваются достаточно сложные обособленные споры, в которых может участвовать значительное число участников, в том числе и все кредиторы в рамках дела о банкротстве, что неминуемо ведет к увеличению количества заседаний по делу, объема процессуальных документов и прочих аспектов трудозатрат юристов.
При этом он добавил, что в арбитражных судах суды стали несколько меньше «резать» представительские расходы, однако о полной компенсации всех затрат на юристов, которые работают по рыночным ставках, все равно пока говорить не приходится.
По мнению Марата Фаттахова, младшего партнера Юридической компании VINDER, одной из последних тенденций в банкротстве является снижение количества необоснованных споров.
Отчасти решением данной проблемы стали необходимость уплаты госпошлины при инициировании обособленных споров и увеличение ее размера, указал он. Другим классическим решением является возложение негативных последствий на инициаторов необоснованных споров. В связи с этим за последние два года Верховный Суд несколько раз обращался к проблематике взыскания судебных расходов по делам о банкротстве.
С учетом всего этого можно предположить, что в дальнейшем судебные расходы в банкротстве будут взыскиваться как в большем числе обособленных споров, так и в целом в количественном выражении. При их взыскании рекомендую учитывать выводы Верховного Суда, изложенные в определении от 30 января 2025 г. № 305-ЭС23-16337, которые в целом можно применять к любым категориям обособленных споров. В частности, необходимо руководствоваться не только общими правилами о взыскании судебных расходов, но и оценивать наличие личного экономического интереса в исходе спора у лица, взыскивающего расходы, непосредственное его участие в споре и влияние его правовой позиции, процессуальных действий на итоговое решение по спору.
