Сергей Завьялов из страховой компании «СОГАЗ» — о том, можно ли списать долг за аварию при отсутствии страховки.
Леонид Королев, управляя мотоциклом без полиса ОСАГО, нарушил ПДД и повредил автомобиль Александра Сорокина. Волжский городской суд Волгоградской области в сентябре 2024 г. взыскал с Королева 691,9 тыс. рублей в возмещение ущерба, а также расходы на эвакуатор и эксперта. Королев не исполнил решение и подал заявление о признании себя банкротом. Арбитражный суд Волгоградской области в июне 2025 г. завершил процедуру реализации имущества, но не освободил Королева от долга перед Сорокиным, расценив управление транспортом без ОСАГО как заведомо незаконные действия. Апелляция и кассация отменили это решение в части и освободили Королева от долга, посчитав, что его действия не подпадают под основания для неосвобождения. Сорокин пожаловался в Верховный Суд, указав на грубую неосторожность Королева, его отказ от попыток погасить долг и инициирование банкротства с целью уклониться от исполнения решения суда. Судья ВС Надежда Ксенофонтова передала жалобу в Экономколлегию (дело № А12-28251/2024). Подробности — на портале.
Принцип fresh start, как правило, объясняется через социально-экономические преимущества «продолжниковской» модели российского банкротства, отмечает Сергей Завьялов. Быстрое возвращение людей к активной деятельности благотворно влияет на их ментальное здоровье, на семьи и на общество в целом, что вызывает безусловную поддержку. При этом в российском потребительском банкротстве формируется консенсус в том, что применение fresh start должно быть защищено действенными механизмами, исключающими недобросовестное поведение граждан.
Одним из значимых событий последних месяцев в сфере потребительского банкротства Сергей Завьялов считает корректировку подхода Судебной коллегии по экономическим спорам к прощению долгов по ОСАГО (дела №А12-28251/2024 и №А32-56775/2023). В обоих случаях кассаторы обжалуют освобождение должника от обязательств и требуют трактовать нарушение ПДД и отсутствие полиса ОСАГО должниками‑виновниками в ДТП как обстоятельство, препятствующее списанию долга.
Фактически административные нарушения правил ПДД в рамках КОАП теперь могут иметь весьма весомые экономические последствия для должников: они рискуют лишиться возможности списать деликтный долг в рамках личного банкротства. С учетом расширения перечня оснований неосвобождения от долгов недобросовестных должников страховые компании могут пересмотреть подход к возвратности убытков по портфелю ОСАГО и занять более проактивную позицию в делах о банкротстве граждан. Именно об этом мы с коллегами написали в статье «Can pay — should pay: начать с чистого (исполнительного) листа».
Юлия Литовцева из «Пепеляев Групп» — о том, что номинальный директор обязан доказать обращение в полицию при краже персональных данных.
Суд признал ООО «Капитан» банкротом после того, как компания не смогла расплатиться по долгам. Конкурсный управляющий АО КБ «БТФ» потребовал привлечь бывшего руководителя ООО «Капитан» Марию Гагулину к субсидиарной ответственности на сумму около 635 млн рублей за непередачу документации. Арбитражный суд города Москвы удовлетворил эти требования и взыскал с бывшего директора указанную сумму в пользу ООО «Капитан». Девятый арбитражный апелляционный суд отменил это решение и отказал в иске, признав Гагулину номинальным руководителем, чьи данные использовали против ее воли. Арбитражный суд Московского округа указал на грубые процессуальные нарушения со стороны апелляционной инстанции, подчеркнув, что апелляционный суд не перешел к рассмотрению дела по правилам первой инстанции несмотря на факт ненадлежащего извещения участника. Кроме того, окружной суд обратил внимание на необходимость правильной оценки доводов о номинальности директора и распределения бремени доказывания между сторонами при новом рассмотрении в Арбитражном суде города Москвы (А40-155401/2021). Подробности — на портале.
Главный вывод в этом споре заключается в том, что ссылка руководителя на «номинальность» не влечет автоматическое освобождение от субсидиарной ответственности, говорит Юлия Литовцева. Даже если его персональные данные были использованы без согласия (внесены в ЕГРЮЛ в качестве сведений о руководителе должника).
В таких ситуациях ответчик должен показать активную и разумную позицию: обращался ли он в полицию, налоговую инспекцию, пытался ли оспорить запись о себе как о директоре. Простого объяснения «я ничего не знал» может оказаться недостаточно. Тем более в отсутствие доказательств того, что ответчик даже номинально не был причастен к деятельности компании. Например, доказательств подделки подписей от имени ответчика в документации должника. В связи с этим бездействие ответчика обоснованно вызвало у суда округа сомнения в добросовестности и разумности лица, узнавшего об использовании его персональных данных в противоправных целях. Практическая рекомендация для тех, кого привлекают к ответственности как «номинального» директора — не ограничиваться словами, а подтверждать свою позицию действиями: заявлениями в госорганы, доказательствами отсутствия доступа к счетам, документам и управлению компанией.
Иван Веселов из ALUMNI Partners комментирует кейс, в котором Конституционный суд подтвердил, что действующее правовое регулирование не препятствует реализации прав лиц, привлекаемых к субсидиарке.
Конституционный суд РФ отказал в принятии жалобы Алексея Дорофеева на нарушение его конституционных прав. Заявитель оспаривал положения Арбитражного процессуального кодекса и закона о банкротстве. Он пытался пересмотреть судебный акт по вновь открывшимся обстоятельствам для снижения размера неустойки должника. Суды вернули его заявление по причине отсутствия существенных новых фактов. Конституционный суд разъяснил, что законодательство предоставляет контролирующим лицам все необходимые процессуальные гарантии. Жалоба была признана недопустимой, поскольку оспариваемые нормы не препятствуют защите законных интересов (№ 1151-О/2026). Подробности — на портале.
Определение Конституционного суда № 1151-О поддерживает баланс между правом на судебную защиту лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, и принципом res judicata, отмечает Иван Веселов. Размер ответственности, стремящийся в бесконечность, зависит от объема фактически всех непогашенных долгов банкрота, что предполагает обеспечение широким инструментарием воздействия на ход дела о банкротстве в целом.
Одним из инструментов, как справедливо отметил Конституционный суд, служит право на пересмотр судебных актов, лежащих в основании требований кредиторов, по новым и вновь открывшимся обстоятельствам (п. 12 ст. 16 закона «О банкротстве»). Этот способ защиты обеспечивает возможность нивелировать прошлую пассивность должника, в том числе заявить новые аргументы, которые не были приведены ранее: например, о снижении неустойки, пропуске срока исковой давности, прекращении поручительства. Допустимость использования подобных возражений особенно важна, поскольку позволяет защититься от искусственного «раздувания» реестра явно необоснованными требованиями.
Само собой, ответчики по субсидиарной ответственности не ограниченны лишь правом пересмотром судебных актов. Такие лица вправе возражать относительно требований кредиторов, а также заявлять об их исключении из реестра (п. 8 ст. 71, п. 8 ст. 100 закона «О банкротстве»), что было отдельно отмечено Конституционным судом. В то же время я поддерживаю позицию о том, что эти права не являются абсолютными и должны реализовываться с соблюдением интересов всех участников банкротства. Поэтому судам следует учитывать совокупность факторов: своевременность осуществления, возможность реализации и значимость доводов для разрешения вопроса по существу. Такой сбалансированный подход позволяет задействовать субсидиарную ответственность не как карательный инструмент в отношении всех правых и виноватых, а как способ справедливой компенсации потерь кредиторов. На мой взгляд, дальнейшее развитие судебной практики позволит окончательно оформить процессуальный статус контролирующих лиц и пределы их участия в решении вопросов, связанных с банкротством.
Евгений Благообразов из «Банка Уралсиб» — о том, как окружной суд отказался освобождать от долгов человека, который оформил три кредита в один день и уволился.
Томас Джеймс прошел процедуру банкротства, в рамках которой нижестоящие суды освободили его от долгов. Однако «Промсвязьбанк» не согласился с таким исходом и обратился в Арбитражный суд Московского округа, указав на недобросовестное поведение гражданина при получении займов. Суд установил, что Джеймс оформил три кредита в разных банках в один день на общую сумму 14,5 млн рублей. Ежемесячные платежи превышали его официальный доход. Спустя десять дней после получения денег Джеймс уволился по собственному желанию и не искал новую работу. Кассационная инстанция пришла к выводу о намеренном уклонении от исполнения обязательств. Суд отменил акты нижестоящих инстанций и отказал в освобождении гражданина от долгов (дело А40 260778 2024). Подробности — на портале.
По общему правилу закона «О банкротстве» (п. 3 ст. 213.28) банкрот освобождается от долгов, но п. 4 запрещает это при недобросовестности, рассуждает Евгений Благ. Суд счел недобросовестным оформление трех кредитов на 14,5 млн рублей в один день: платежи (374 тыс. рублей) превышали доход заемщика (308 тыс. рублей), а через десять дней должник уволился и не искал работу.
Что нового этот кейс дает для практики. Во-первых, поскольку Бюро кредитных историй обновляется с задержкой и банки не видят параллельные заявки, заемщик обязан сам сообщить о намерении взять несколько кредитов. Умолчание равно нарушение добросовестного сотрудничества. Во-вторых, вслед за Верховным судом (дело № А03-9272/2023 об оформлении девяти кредитов в восьми банках) в данном кейсе суд подчеркнул: значение имеет модель поведения, а не число договоров. В-третьих, мы имеем чек-лист недобросовестности: платежи выше дохода, быстрое увольнение, отказ от трудоустройства, профзнания в кредитовании. В-четвертых, процессуальный сигнал: пассивность должника (нет позиции, неявка) толкуется против него. И наконец, риск: позицию могут применять произвольно — наказывая за сам факт крупного долга вместо оценки добросовестности. Поэтому суды должны анализировать всю совокупность обстоятельств.
Павел Замалаев из компании «Замалаев, Стороженко и партнеры» — о том, что теперь управляющие могут получать на портале «Госуслуги» выписки из реестра транспортных средств без визита в Госавтоинспекцию.
На Едином портале госуслуг появился новый сервис для арбитражных управляющих. Теперь они могут получать выписки из государственного реестра транспортных средств в электронном виде. Ранее для оформления таких документов требовалось личное обращение управляющего в подразделения Госавтоинспекции. Сервис разработан совместно МВД, Росреестром и Минцифры. Нововведение направлено на ускорение процедур банкротства и финансового оздоровления. За первые дни работы функционала, который стартовал 26 мая 2026 года, поступило более 500 запросов от арбитражных управляющих на предоставление документов из реестра транспортных средств. Подробности — на портале.
Это очень хорошая новость, считает Павел Замалаев. Комментируя ее, он вспоминает дело «Белинская vs МВД», дошедшее до ВС (Определение № 308-ЭС23-15786 от 26.12.2023). Эксперт представлял интересы финансового управляющего гражданина, который истребовал сведения из МВД. Министерство отказало в их предоставлении, финансовый управляющий посчитал такой отказ незаконным и оспорил его. Представитель МВД в ВС настаивал на том, что арбитражные управляющие не могут и не должны получать такую информацию напрямую, только через суд. ВС тогда признал отказ ГИБДД незаконным, отписав шикарный судебный акт.
И вот мы здесь: сведения из ГИБДД можно получать посредством сервиса «Госуслуги», не выходя из кабинета. Это прекрасно! Но эффект от такого ускорения будет нивелирован необходимостью запрашивать сведения на бумажных носителях из других госорганов. Например, из ЗАГСа. Сейчас такие сведения предоставляются только на основании судебного акта. Управляющему для финансового анализа необходим полный комплект ответов госорганов. И вот, получив за один рабочий день ответы от ФНС, Росреестра, ГИБДД, он будет ждать ЗАГСа. В общем, дальнейшая цифровизация и оптимизация работы необходима. Считаю, что НСПАУ с активным участием коллег по профессии по силам завершить ее!
