Минэкономразвития подготовило поправки в законодательство о банкротстве, которые ограничат проведение крупных торгов на электронных площадках с низкой рыночной долей, сообщил источник «Интерфакса», знакомый с предложениями министерства.
Документ появился после того, как ведомство публично заявило о готовности к поэтапной реформе института несостоятельности. Ранее Минэкономразвития выступало за комплексное изменение регулирования – соответствующий законопроект находится на рассмотрении Госдумы с 2021 г., однако до сих пор не прошел первое чтение.
Механизм ограничений
Согласно обновленным предложениям, электронные площадки, на долю которых в календарном году приходится менее 1% сообщений о торгах в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (ЕФРСБ), лишатся права проводить часть крупных торгов.
Со второго квартала года, следующего за отчетным календарным, такие площадки не смогут заключать новые договоры о проведении торгов, если начальная цена продажи актива превышает 10% компенсационного фонда саморегулируемой организации операторов электронных площадок, членом которой они являются.
По действующим правилам компенсационный фонд СРО операторов электронных площадок формируется в размере не менее 3 млн рублей на каждого члена организации.
Сроки вступления в силу
Предполагается, что изменения вступят в силу с марта 2030 г.
Почему это важно
Предложенные Минэкономразвития ограничения для малых электронных площадок – это часть масштабных реформ банкротного законодательства, рассмотрение которых в Госдуме ожидается уже этой весной, отметила Полина Лексина, партнер Юридической компании Gate.legal.
Помимо обсуждаемого ранее введения процедуры добанкротной санации (см. подробнее: Минэкономразвития предложило механизм спасения компаний-должников до банкротства), законодатель продолжает работу над повышением прозрачности в сфере банкротства. На данный момент официальных объяснений о целях вводимых ограничений не последовало, но можно догадаться, указала Полина Лексина, что таким образом Минэкономразвития борется с существующими по сей день злоупотреблениями на банкротных торгах.
Главным источником таких злоупотреблений остаются «карманные» ЭТП, с помощью которых заинтересованные лица могут контролировать ход торгов, пояснила она. Желающие вывести активы хотят укрыть проводимые торги от лишних глаз, и малый объем торгов на некоторых площадках способствует этому. Таким образом, конкуренция на банкротных торгах в результате нововведений должна повыситься, но что будет с конкуренцией между электронными площадками?
Если обратиться к рэнкингу ЭТП за 2025 г., который публикует Федресурс, и применить предложенный порог в 1% к числу лотов за год, лишь 15 площадок из 50 активных на данный момент пройдут ценз, уточнила она. Однако на эти 15 площадок уже на данный момент приходится около 86% от 290 тысяч лотов, опубликованных в 2025 г. по всей России. Следовательно, ограничения безусловно приведут к усилению позиций крупнейших площадок, и весьма вероятно, что меньшие по объемам площадки перестанут существовать.
Предел начальной стоимости лотов на таких площадках теперь будет составлять от 4,5 до 6 млн рублей в зависимости от СРО, в которой состоит площадка. Потеря значительной по меркам малых площадок части торгов лишит их дохода, но борьба со злоупотреблениями на торгах представляется более значимой целью, чем сохранение конкуренции между торговыми площадками.
Не может не радовать отказ Минэкономразвития от идеи сокращения количества электронных торговых площадок до списка 8 «федеральных», чего опасался весь рынок на протяжении последних лет, полагает Денис Ершов, директор Саморегулируемой организации «Союз организаторов торгов».
Возможно, предположил он, были услышаны аргументы представителей профессионального сообщества, возможно, просто возобладал здравый смысл, но так или иначе, смена курса безусловно позволяет говорить не о революции, а о эволюции развития рынка электронных торгов. Кроме того, здоровая конкуренция, по его словам, пошла бы рынку на пользу, но возможные последствия реализации предложенной инициативы заставляют задуматься о возможной монополизации рынка.
Интересно, отметил он, было бы узнать, чем именно вызваны изменения, предлагаемые Минэкономразвития. Пока не известна мотивировка, полагается, что ЭТП, проводящим меньшее количество торгов, незаконно отказывают в опыте и компетенции. При этом на практике, пояснил Денис Ершов, это далеко не так.
«Мы все знаем примеры из разных областей нашей жизни, когда небольшие компании с небольшими оборотами обладают опытом, навыками и компетенциями, наголову превосходящими лидеров рынка. Не уверен, что единственным показателем компетентности должен и может являться количественный критерий, особенной такой, который предложен Минэкономразвития», – подчеркнул Денис Ершов.
Вызывает недоумение, почему именно количество «сообщений о торгах в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве» выбрано Минэкономразвития как ключевой параметр. Предполагается, что разумнее было бы использовать параметры, характеризующие эффективность (результативность) проведения торгов на каждой конкретной ЭТП, такие как соотношение общего количества реализуемых и реализованных лотов, соотношение сумм начальной цены продажи и сумм реализованного имущества, проч. Также пока не понятна методика расчета показателей, которые будут использованы для разграничения ЭТП. Например, говорится «… электронные площадки, на долю которых в календарном году приходится менее 1% сообщений о торгах в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве». Речь о количестве лотов (что было бы разумней) или именно сообщений о торгах, в которых может быть указано о продаже 1000 лотов? О каких именно сообщениях о торгах идет речь: размещенных организаторами торгов или выгруженных с электронных площадок (их количество никогда не совпадает)? Предлагаемый Минэкономразвития критерий поставит в неравное положение ЭТП, обладающие равными объемами торгов (сопоставимым с количеством реализуемых лотов).
Но в одном случае, сообщил он, количество «сообщений о торгах в ЕФРСБ» будет равно количеству лотов, так как в каждом сообщении будет указано о продаже одного лота, а в другом – количество «сообщений о торгах в ЕФРСБ» будет меньше, так как сообщения о торгах могут предусматривать проведение многолотовых торгов (десятки и сотни лотов).
Если для примера расчета взять не «количество сообщений в ЕФРСБ» (так как эти данные пока недоступны широкой публике), а количество лотов, торги по продаже которых проводились на ЭТП (по данным ЕФРСБ за 2025 г., на всех ЭТП проводились торги по продаже 288 494 лотов), то получается, что только 30% ЭТП из всех действующих прошли бы критерий «1% лотов от общего количества», но это ни в коей мере не говорит о том, что ЭТП, не преодолевающие установленный критерий, хуже проводят торги по показателям эффективности (результативности). К сожалению, как это часто бывает, вопросов к данной инициативе пока остается больше, чем ответов, констатировал Денис Ершов.
В частности, перечислил он:
Kто будет следить за актуальностью показателей? ЕФРСБ? А если СРО ЭТП не согласна с показателями, предоставляемыми ЕФРСБ (что существует на практике на протяжении многих лет)?
Кто будет следить за действиями ЭТП по заключению договоров на проведение торгов? СРО ЭТП? А какие санкции могут быть применены к ЭТП, нарушившим запрет? Где эти санкции будут предусмотрены?
Что будет происходить с торгами, которые все же будут заведены на ЭТП, которая не имела права их проводить? Отменяться? Кем? На каком основании?
Cui prodest? Кому выгодны такие инициативы? Да, мы ушли от угрозы сокращения количества ЭТП до 8, но теперь рынок скорее всего все равно сузится до 15. Так как организаторы торгов вряд ли будут обращаться к разным ЭТП в зависимости от стоимости имущества, все неизбежно придет к тому, что организаторы торгов будут выбирать те ЭТП, где они смогут реализовать неограниченный круг имущества, спрогнозировал он.
По мнению Тимура Насретдинова, генерального директора ЭТП «Центр Дистанционных Торгов», инициатива Минэкономразвития, с одной стороны, выглядит обоснованной: крупные ЭТП занимают значительную долю рынка, обладают многолетним опытом, высоким уровнем сервиса, разветвленной базой инвесторов и заслуженной репутацией. Именно это формирует доверие потенциальных покупателей и напрямую влияет на интерес к активам. Концентрация крупных банкротных лотов на таких площадках позволит повысить эффективность реализации имущества.
С другой стороны, в рамках подобных изменений, важно сохранить конкурентную среду, в которой небольшие площадки продолжат эффективно работать.
По сути, речь идет о введении дополнительного фильтра допуска к наиболее значимым активам, указал Егор Муравьев, генеральный директор Организатора торгов «Серенити». Это, по его словам, означает отход от принципа формального равенства операторов к модели с элементами отбора по масштабу деятельности.
Предполагаемая цель, отметил он, – повысить надежность торгов и снизить риски злоупотреблений и технических сбоев. Критерии ограничения завязаны на долю сообщений в ЕФРСБ и размер компенсационного фонда СРО. При этом используется именно рыночный показатель (доля), а не классические лицензионные требования. Такой подход выглядит нетипичным для регулирования инфраструктурных рынков, полагает Егор Муравьев.
С точки зрения антимонопольного права, возникают существенные риски. Ограничение фактически дискриминирует малые и новые площадки. Это создает барьеры входа и затрудняет развитие конкуренции. В результате может усилиться концентрация рынка и закрепиться положение крупных игроков. Такие меры потенциально противоречат принципам Федерального закона «О защите конкуренции». Для банкротных процедур эффект неоднозначен. С одной стороны, возможно повышение качества и устойчивости торгов, с другой – снижение конкуренции между ЭТП может негативно сказаться на цене реализации активов. Это, в свою очередь, влияет на уровень удовлетворения требований кредиторов.
В целом, по его мнению, инициатива выглядит как попытка повысить качество инфраструктуры за счет ограничения конкуренции. Вероятно, она станет предметом дискуссий между регулятором, ФАС и участниками рынка, заключил он.
