В октябре 2025 года Арбитражный суд города Москвы ввел в отношении Евгения Пригожина процедуру реализации имущества. В дальнейшем финансовый управляющий подал ходатайство о завершении процедуры и освобождении Пригожина от обязательств. Суд первой инстанции завершил процедуру и освободил Евгения Пригожина от дальнейшего исполнения требований кредиторов. Девятый арбитражный апелляционный суд оставил судебный акт без изменения. ООО «Умные парковочные системы» обратилось в Арбитражный суд Московского округа, указав на непроведение всех мероприятий, отсутствие анализа всех сделок должника и сокрытие финансовым управляющим документов о браке. Окружной суд отменил судебные акты и направил дело на новое рассмотрение, указав на необходимость проверки выписок по 40 счетам, анализа сделок за три года и установления наличия совместного имущества супругов (А40-189089/2025).
Фабула
В октябре 2025 года Арбитражный суд города Москвы ввел в отношении Евгения Пригожина процедуру реализации имущества. В дальнейшем финансовый управляющий заявил ходатайство о завершении процедуры реализации имущества и применении правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.
Суд первой инстанции завершил реализацию имущества Евгения Пригожина и освободил его от дальнейшего исполнения требований кредиторов, за исключением требований, указанных в пунктах 3, 5, 6 статьи 213.28 закона о банкротстве. Девятый арбитражный апелляционный суд оставил судебный акт без изменения. ООО «Умные парковочные системы» обратилось в Арбитражный суд Московского округа.
Что решили нижестоящие суды
Суд первой инстанции завершил процедуру реализации имущества Евгения Пригожина, поскольку в деле отсутствуют сведения о необходимости проведения каких-либо действий для погашения требований кредиторов. Суд указал, что финуправляющий провел анализ финансово-экономического состояния Пригожина, по результатам которого были сделаны выводы о невозможности восстановления платежеспособности и недостаточности активов для погашения обязательств. Согласно заключению признаки фиктивного и преднамеренного банкротства у Пригожина не выявлены.
Девятый арбитражный апелляционный суд отметил, что все обязательства Евгения Пригожина, в том числе перед ООО «Умные парковочные системы» и иными кредитными организациями, возникли после развода Пригожина с бывшей супругой, а именно в период с 01.06.2024. Это подтверждается кредитными договорами, сведениями из кредитной истории и договором на техническое обслуживание с ООО «Умные парковочные системы» от 01.06.2024.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Московского округа указал, что арбитражные суды не дали оценку всем доводам кредитора о непроведении финуправляющим всех необходимых мероприятий. Согласно доводам кассационной жалобы, к материалам дела была приобщена справка об открытых счетах Евгения Пригожина от 29.10.2025, согласно которой у Пригожина были открыты счета в 21 банке. В трехлетний период, предшествующий подаче заявления о процедуре банкротства с 23.07.2022 по 23.07.2025, действовали порядка 40 расчетных счетов и вкладов, из которых 27 счетов были закрыты, а 13 счетов являются действующими на 29.10.2025. Однако выписки по ним финуправляющий не запрашивал в банках и не анализировал.
В нарушение статьи 213.9 закона о банкротстве управляющий не проверил выписки по счетам. Из выписки по счету N 8790 видно, что Евгений Пригожин выводил крупные суммы на иные счета. Так, 13.11.2024 было выведено 500 тыс. рублей, 06.11.2024 было выведено 65 тыс. рублей, 01.11.2024 было погашение кредита 170 тыс. рублей, а 01.11.2024 было погашение кредита 216,5 тыс. рублей. ФУ не проводил анализ выписок по счетам, не оспорил сделки с предпочтением и сделки по выводу денежных средств со счетов. Следовательно, вывод судов первой и апелляционной инстанции об отсутствии имущества у Пригожина и об отсутствии оспоримых сделок являются преждевременными.
Выводы судов относительно имущественного положения супруги Евгения Пригожина также требуют детального анализа для определения финансово-экономического состояния Евгения Пригожина и наличия активов для погашения обязательств. Апелляция указала, что Пригожин расторг брак 15.02.2024. Согласно сведениям из ЗАГСа, Евгений Пригожин не заключал брак в период с 16.02.2024 по 06.11.2025. Однако в период за три года до возбуждения дела о банкротстве Пригожин состоял в браке, поэтому необходимо исследовать наличие или отсутствие совместного имущества супругов, его раздел при разводе или в период брака. Указанные обстоятельства не были исследованы судами и финансовый управляющий данные сведения не представил.
Также подлежит проверке имущество, оформленное на несовершеннолетнего ребенка. Копия свидетельства о рождении ребенка в материалы дела не была представлена. В нарушение положений пункта 8 статьи 213.9 закона о банкротстве управляющий не принял меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества. Кроме того, ходатайство о завершении процедуры реализации имущества было подано ФУ 10.02.2026, определение о включении в реестр требований кредиторов ООО «Умные парковочные системы» было вынесено 16.03.2026, а определение о завершении процедуры было вынесено 06.04.2026.
Окружной суд обратил внимание на документы об изъятии имущества лизингодателем, представленные в суд апелляционной инстанции. Согласно доводам кассационной жалобы, суд апелляционной инстанции, принимая акт об изъятии предмета лизинга от 15.04.2024 в качестве доказательства, не принял во внимание доводы кредитора о том, что указанный акт не соответствует признакам допустимости. Акт вызывает сомнения и содержит признаки фальсификации документа. Кредитор указал на наличие дописок, исправлений, отсутствие необходимых реквизитов и подписей. Двусторонний акт был подписан только со стороны лизингодателя ООО «Аренза-Про», а лизингополучатель акт не подписывал. Со стороны ООО «Аренза-Про» было принято имущество и подписан акт изъятия неуполномоченным лицом. Акт изъятия не содержит ИНН, ОГРН и иные реквизиты лизингодателя, в связи с чем нельзя соотнести данные лизингодателя с данными ЕФРСБ и договором лизинга.
Окружной суд указал, что акт имеет следы изменений и дописок, а именно в пунктах 2 и 3 раздела «состав имущества» акта имеются явные признаки изменения текста акта путем вписывания дополнительных сведений. Финуправляющий не представил в материалы дела договор лизинга от 27.06.2024. Суд принял акт изъятия предмета лизинга без истребования самого договора лизинга, что лишило возможности кредитора понять условия договора и причину досрочного расторжения договора лизинга. Все вышеизложенные обстоятельства суды не исследовали и им не была дана надлежащая оценка.
Итог
Арбитражный суд Московского округа отменил акты нижестоящих судов и направил дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.
Почему это важно
Практика применения механизма освобождения гражданина от долгов постепенно трансформируется, суды более подробно исследуют обстоятельства возникновения у должника обязательств, последующее его поведение как до, так и после процедуры банкротства, а также в меньшей степени ориентируются на позицию финансового управляющего об итогах процедуры, комментирует Ирина Межуева, кандидат юридических наук, ведущий эксперт юридической компании «Центр по работе с проблемными активами».
При этом в рамках данного спора суд округа указал на преждевременность выводов о завершении мероприятий процедуры реализации имущества, добавляет она. Кредитор приводил достаточные доказательства неполного исследования управляющим имеющихся данных об активах должника, в том числе непроведения анализа выписок по счетам и даже неполучения этих выписок из кредитных организаций.
Процедура реализации имущества была введена в октябре 2025 года, и уже через шесть месяцев суд завершил ее с освобождением должника от исполнения обязательств. Позиция суда округа является позитивным примером постепенного изменения подхода к завершению процедуры банкротства: при бездействии управляющего кредиторы могут обосновать перед судом преждевременность завершения процедуры косвенными доказательствами, свидетельствующими о наличии возможных источников пополнения конкурсной массы. Само по себе представление управляющим отчета о проведении процедуры уже не признается достаточным для ее завершения.
