Кредитор Юрий Бисеров обратился с заявлением о признании обязательства Владимира Щербинина перед ним в размере 34,5 млн рублей общим долгом супругов Щербининых. Суды удовлетворили требование, указав, что заемные средства были использованы на строительство дома, оформленного на супругу должника Наталью Щербинину. Наталья Щербинина обжаловала судебные акты в Верховный суд, ссылаясь на пропуск кредитором срока исковой давности. Заявитель указала, что кредитор знал о целевом использовании денег еще в марте 2020 года, но обратился в суд только в феврале 2025 года. Судья Верховного суда Е.Е. Борисова передала спор в Экономколлегию (А40-249733/2022).
Фабула
В августе 2023 года суд признал Владимира Щербинина банкротом. Кредитор Юрий Бисеров обратился в суд с заявлением о признании обязательства должника перед ним в размере 34,5 млн рублей общим обязательством Владимира Щербинина и его супруги Натальи Щербининой.
В обоснование кредитор указал, что 16 сентября 2015 года супруги приобрели земельный участок. Впоследствии 9 октября 2016 года Юрий Бисеров заключил с Владимиром Щербининым договор займа на 185 тыс. долларов, а 22 декабря 2016 года заключил договор займа с Андреем Войной на 34,5 тыс. долларов, поручителем по которому выступил Владимир Щербинин.
На приобретенном участке супруги возвели жилой дом, право собственности на который 15 января 2018 года было зарегистрировано за Натальей Щербининой. Кредитор полагал, что дом построен на его денежные средства, поэтому обязательства должника являются общими с супругой.
Суды удовлетворили требование кредитора, отклонив доводы о пропуске срока исковой давности. Наталья Щербинина подала кассационную жалобу в Верховный суд.
Что решили нижестоящие суды
Суд первой инстанции признал обязательства Владимира Щербинина перед Юрием Бисеровым в размере 34,5 млн рублей общими с Натальей Щербининой. Суд руководствовался статьями 39 и 45 Семейного кодекса РФ, а также разъяснениями Верховного суда РФ из пункта 6 постановления Пленума N 48.
Суд исходил из того, что денежные средства, полученные Владимиром Щербининым по договорам займа и поручительства, были использованы на нужды семьи, а именно на строительство дома, право собственности на который зарегистрировано за его супругой Натальей Щербининой. Суд отклонил довод о пропуске кредитором срока исковой давности.
Девятый арбитражный апелляционный суд оставил определение без изменения. Арбитражный суд Московского округа также оставил судебные акты без изменения, согласившись с выводами нижестоящих судов.
Что думает заявитель
Наталья Щербинина указала на необоснованное отклонение судами ходатайства о пропуске кредитором срока исковой давности.
Щербинина сослалась на статьи 196 и 200 Гражданского кодекса РФ, согласно которым общий срок исковой давности составляет три года и начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. По смыслу пункта 7 статьи 213.26 закона о банкротстве на требование о признании обязательства общим с супругом распространяется общий срок исковой давности как на иск о присуждении.
Заявитель обратила внимание на то, что Юрий Бисеров располагал информацией о направлении денежных средств должником на строительство жилого дома. Данный факт подтвержден представленной в материалы дела аудиозаписью разговора от 15 марта 2020 года и не оспаривается самим кредитором. Несмотря на это, кредитор обратился с заявлением в суд лишь 13 февраля 2025 года, то есть спустя почти пять лет после того, как узнал о целевом использовании денежных средств.
По мнению Натальи Щербининой, суды не дали надлежащей оценки доводам о пропуске срока исковой давности, что является существенным нарушением норм материального права. Заявитель отметила, что ее права и законные интересы нарушены, а восстановление их невозможно без отмены судебных актов.
Что решил Верховный суд
Судья Верховного суда Е.Е. Борисова передала спор в Экономколлегию.
Почему это важно
ВС с высокой долей вероятности встанет на сторону супруги должника, указав на пропуск кредитором срока исковой давности, прогнозирует Павел Кирсанов, управляющий партнер екатеринбургского офиса КА «Регионсервис», руководитель практики «Реструктуризация и банкротство» коллегии адвокатов «Регионсервис». Ключевым, на его взгляд, здесь станет момент осведомленности кредитора об обстоятельствах, позволяющих квалифицировать долг как общий. Из судебных актов по данному делу следует, что кредитор до инициирования дела о банкротстве еще на момент 15.03.2020 уже был осведомлен об обстоятельствах, которые могут повлечь признание обязательств супругов общими. Однако с таким требованием он обратился только 13.02.2025, тем самым пропустив общий срок исковой давности как в отношении должника, так и его супруги, в связи с чем у судов отсутствовали основания для признания обязательства общим.
Кроме того, добавляет Павел Кирсанов, существенное значение будет иметь и природа самого обязательства, поскольку долги, связанные с осуществлением предпринимательской деятельности, по смыслу п. 46 Обзора практики по делам о банкротстве граждан являются личными долгами супруга. Павел Кирсанов предполагает, что в данном деле Экономколлегия продолжит занимать позицию, сформированную ею по итогам рассмотрения жалобы в деле Максима Иванова (Определение № 307-ЭС25-6752 от 24.10.2025 по делу № А56-13766/2023), в рамках которого ВС указал, что на требование о признании обязательств супругов общими, как на иск о присуждении, распространяется общий срок исковой давности, и для решения вопроса о том, пропущен ли по такому требованию кредитора срок исковой давности, судам следует установить, когда кредитору стало известно об обстоятельствах, которыми он обосновывает свое требование.
На практике это может привести к значительному сокращению числа требований, предъявляемых к супругам банкротов по долгам, возникшим много лет назад. Кроме того, кредиторам теперь необходимо будет тщательно собирать доказательства, обосновывающие момент начала течения срока исковой давности или подтверждающие его прерывание (например, путем предъявления претензии или получения частичного платежа от супруга). В противном случае институт исковой давности утратил бы свое предназначение, а супруга должника оказалась бы в состоянии бессрочной правовой неопределенности, что противоречит принципу стабильности гражданского оборота.
Особенность этого спора в том, что правовая позиция по поставленному вопросу у Верховного суда РФ уже сформирована, а передача дела в коллегию выглядит скорее реакцией на ее неприменение нижестоящими судами, указывает Олег Пермяков, адвокат, партнер юридической фирмы «Рустам Курмаев и партнеры».
Так, п. 48 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утвержденного Президиумом ВС РФ 18 июня 2025 года, квалифицирует требование о признании долга общим обязательством супругов как иск о присуждении, на который распространяется общий трехлетний срок исковой давности. Далее эта позиция была подтверждена определением СКЭС ВС РФ от 24 октября 2025 года № 307-ЭС25-6752, в котором коллегия отменила акты судов, посчитавших требование о признании долга общим обязательством супругов изъятым из-под действия давности (то есть мысливших такое требование как иск о признании), и указала, что срок подлежит исчислению по общему правилу п. 1 ст. 200 ГК РФ.
В нашем случае постановление суда округа вынесено 15 декабря 2025 года, то есть уже после публикации обоих актов, однако довод о пропуске давности был отклонен. При этом хронология спора такова: кредитор не оспаривает, что о направлении заемных средств на строительство дома (то есть об их использовании на нужды семьи) ему было известно с 15 марта 2020 года, а его требование, основанное на решениях Останкинского районного суда города Москвы от 4 февраля и 17 мая 2021-го, включено в реестр определением от 13 февраля 2023 года. Именно тогда, при установлении требования, кредитору и следовало бы заявить о его общем для супругов характере, такой порядок является основным, он прямо предусмотрен абз. вторым п. 6 Постановления Пленума ВС РФ от 25 декабря 2018 года № 48.
На тот момент, добавляет Олег Пермяков, трехлетний срок еще не истек (в запасе оставался практически месяц). Однако с отдельным заявлением о признании долга общим обязательством супругов кредитор обратился лишь 13 февраля 2025 года, то есть ровно через два года после включения в реестр и почти через два года после истечения давности. Поэтому, подчеркивает эксперт, коллегия пойдет по пути подтверждения уже выработанной правовой позиции, а не формулирования новой, а значит, обжалуемые акты с большой долей вероятности будут отменены.
Значение для практики Олегу Пермякову видится лишь в том, что СКЭС ВС РФ еще раз напомнит судам о необходимости следовать правовой позиции, ранее сформированной Верховным судом. После вышеупомянутого Обзора и определения № 307-ЭС25-6752 у нижестоящих судов не остается возможности для трактовки требования о признании долга общим как изъятого из-под действия исковой давности, а повторное обращение коллегии к этому вопросу должно окончательно закрыть эту тему. Для кредиторов это означает, что заявлять требование о признании долга общим обязательством супругов нужно без промедления, как только стало известно о расходовании заемных средств на нужды семьи, резюмирует эксперт.
