Конституционный суд РФ отказал в принятии жалобы Алексея Дорофеева на нарушение его конституционных прав. Заявитель оспаривал положения Арбитражного процессуального кодекса и закона о банкротстве. Он пытался пересмотреть судебный акт по вновь открывшимся обстоятельствам для снижения размера неустойки должника. Суды вернули его заявление по причине отсутствия существенных новых фактов. Конституционный суд разъяснил, что законодательство предоставляет контролирующим лицам все необходимые процессуальные гарантии. Жалоба была признана недопустимой, поскольку оспариваемые нормы не препятствуют защите законных интересов (№ 1151-О/2026).
Фабула
Конституционный суд вынес определение об отказе в принятии к рассмотрению жалобы Алексея Дорофеева на нарушение его конституционных прав. Заявитель оспаривал конституционность статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса. Также под сомнение были поставлены пункт 12 статьи 16 и пункт 4 статьи 34 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».
Из материалов дела следует, что производство по апелляционной жалобе Алексея Дорофеева было прекращено. Речь идет о судебном решении 2019 года по спору между хозяйственными обществами. Заявитель ссылался на свой статус контролирующего должника лица. В отношении него в деле о банкротстве организации ответчика было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности.
Требование конкурсного кредитора основывалось на обжалуемом решении и было включено в реестр требований кредиторов должника. Суды указали заявителю на специфический порядок реализации его процессуальных возможностей. В связи с изменением законодательства такие возможности должны реализовываться исключительно в порядке пересмотра судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам. Обычное апелляционное обжалование в данной ситуации оказалось недоступным.
Заявление Алексея Дорофеева о пересмотре упомянутого решения арбитражного суда было возвращено, с чем согласились вышестоящие суды, которые пришли к однозначному выводу о том, что указанные заявителем обстоятельства не являются ни новыми, ни вновь открывшимися. Они также не обладают критерием существенности для дела и не могли привести к принятию иного решения.
Что сказал заявитель
По мнению заявителя, оспариваемые законоположения противоречат статьям 35, 46, 55 и 123 Конституции РФ. Он утверждал, что нормы позволяют судам отказывать контролирующему лицу в пересмотре судебного акта о взыскании задолженности с должника. Размер этой задолженности напрямую влияет на объем субсидиарной ответственности данного лица.
Заявитель также указывал на препятствия в реализации права заявить о снижении размера установленной судебным актом неустойки. Поскольку иной способ пересмотра такого судебного акта ему недоступен, то это нивелирует гарантии защиты его прав. В обоснование своей позиции Алексей Дорофеев ссылался на Постановление Конституционного суда от 16 ноября 2021 года.
Что решил Конституционный суд
Конституционный суд напомнил, что законодательство о банкротстве устанавливает процессуальные механизмы проверки судом обоснованности состава и размера требований кредиторов. Взаимосвязанные положения закона наделяют лиц, участвующих в деле, правом заявить возражения относительно требований кредитора. Они также могут обратиться с заявлением об исключении требования из реестра, если новые обстоятельства стали известны после включения требования.
Названные процессуальные права доступны и контролирующему должника лицу, в отношении которого было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. Пункт 12 статьи 16 того же федерального закона предоставляет таким лицам возможность обратиться с заявлением об отмене судебного акта. Это делается по правилам пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам с правом представить новые доказательства и заявить новые доводы.
Действующее правовое регулирование не исключает права контролирующего лица поставить вопрос об уменьшении подлежащей уплате неустойки при обоснованности заявления о пересмотре. Удовлетворение такого заявления влечет отмену соответствующего судебного акта и повторное рассмотрение дела. Однако вывод об обоснованности напрямую связан с соответствием заявленных обстоятельств установленным законом критериям вновь открывшихся обстоятельств. Они должны быть существенными для дела и объективно имевшими место на момент принятия акта.
Вопрос о том, может ли конкретное обстоятельство рассматриваться как основание для пересмотра, подлежит разрешению арбитражным судом исходя из фактических обстоятельств дела. Возвращение заявления о пересмотре возможно, если указанные факты с очевидностью не могут быть отнесены к существенным. При этом гарантией процессуальных прав служат требования мотивированности определения о возвращении и возможность его обжалования. Оспариваемые законоположения не нарушают конституционные права заявителя в аспектах, обозначенных в жалобе.
Итог
КС отказал в принятии жалобы Алексея Дорофеева.
Почему это важно
Права на участие в деле и обжалование судебных актов позволяют контролирующим лицам отстаивать свои интересы, предотвращать принятие произвольных решений, которые могут необоснованно увеличить размер их ответственности. Вопрос об объеме таких прав неоднократно поднимался судами высших инстанций, напоминает Анна Ларина, исполнительный директор управляющей компании «ПОМОЩЬ».
Конституционный суд РФ в постановлении от 16.11.2021 №49-П указал, что лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, имеет право обжаловать судебный акт, принятый без его участия, о признании обоснованными требований кредиторов и о включении их в реестр требований кредиторов за период, когда это лицо являлось контролирующим по отношению к должнику.
Как указывает Анна Ларина, в п. 6 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного суда РФ 26.04.2023, закреплено право КДЛ обжаловать судебные акты, принятые по вопросу установления требований кредиторов, в срок, предусмотренный законодательством о банкротстве для обжалования судебного акта в апелляционном порядке. Закреплено и право на подачу заявлений о пересмотре таких судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам.
Данные позиции базируются на п. 4 ст. 34 закона «О банкротстве», согласно которому контролирующее лицо вправе подать ходатайство о привлечении к участию в деле о банкротстве. С момента вынесения судом определения о признании КДЛ лицом, участвующим в деле, такое лицо вправе осуществлять вышеперечисленные действия для защиты своих прав.
В данном случае КС РФ в очередной раз подтвердил, что представление контролирующим лицам таких прав не противоречит Конституции РФ. Цель привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности — не «наказание» контролирующего лица, а защита прав должника и кредиторов, компенсация ущерба, нанесенного конкурсной массе. Это не исключает привлечения таких лиц к другим видам ответственности (административная, уголовная) при наличии соответствующих оснований. Исходя из этой специальной цели субсидиарной ответственности, ее объем не может быть определен произвольно или на основании необоснованных требований кредиторов, а контролирующие лица вправе представлять обоснованные возражения в той форме, в какой это возможно в зависимости от процессуальных обстоятельств (в рамках дела о банкротстве или вне их).
Права, предоставленные КДЛ, ограничены: если лицо всю процедуру скрывает свой статус и подает ходатайство об участии в деле только после подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, оно не сможет оспаривать действия, совершенные до вынесения определения о привлечении к участию в деле, ретроспективно. Определение КС РФ дополнительно укрепило уже сформированную правовую позицию о количестве и объеме прав контролирующих лиц в делах о банкротстве, считает Анна Ларина.
Рассуждения коллеги продолжает Денис Данилов, старший юрист юридической фирмы «Кульков, Колотилов и Покрышкин». Вопрос, который был поставлен перед КС РФ заключался в том, могут ли положения пункта 12 статьи 16 закона «О банкротстве», статьи 311 АПК РФ ограничивать право КДЛ на обжалование судебных актов, которые влияют на размер субсидиарной ответственности. В том числе на приведение доводов о снижении неустойки.
КС РФ справедливо отметил, что КДЛ обладают правом на заявление о пересмотре судебных актов по новым/вновь открывшимся обстоятельствам, однако вопрос об обоснованности такого заявления оценивает суд, рассматривающий спор. Оценка обоснованности заявленных оснований не входит в полномочия КС РФ. В случае удовлетворения жалобы Конституционным судом, КДЛ могли бы получить расширенные возможности по отмене судебных актов, которые влияют на их интересы в деле о банкротстве, что выходило бы за пределы пересмотра судебных актов по новым/вновь открывшимся обстоятельствам и негативно влияло на интересы конкурсных кредиторов должника.
Пока же КДЛ для пересмотра судебных актов требуется привести существенные обстоятельства, которые не были известны суду и способны повлечь принятие иного судебного акта по существу спора. При этом, уточняет Денис Данилов, КДЛ должны подтвердить отсутствие возможности представлять интересы должника или иным образом формировать позицию должника по делу при вынесении обжалуемого судебного акта (п. 46, 47 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 17.12.2024 № 40).
