Наталья Колерова из Адвокатского бюро Вертикаль – о поправках Минэкономразвития к Закону о банкротстве относительно продажи имущества и срока процедуры
Минэкономразвития разработало новую редакцию поправок в Закон о несостоятельности, которая предусматривает ограничение деятельности компаний-банкротов в конкурсном производстве одним годом и изменение правил продажи их имущества. Законопроект обязывает конкурсного управляющего прекратить деятельность предприятия-банкрота в течение года. Ранее внесенный в Госдуму проект устанавливал более жесткие рамки – девять месяцев с возможностью продления еще на три. В новой редакции срок увеличили до 12 месяцев. Продлить работу предприятия можно будет только в исключительных случаях. Помимо сроков деятельности банкротов министерство предлагает изменить порядок реализации их имущества. Вместо торгов на повышение появятся аукционы с плавающим ценообразованием. Новый механизм затронет не все торги, а только продажу активов стоимостью свыше 1 млрд рублей, за исключением недвижимости. Подробнее об этом – на портале.
Предлагаемые Минэкономразвития изменения можно только приветствовать, отметила Наталья Колерова, ведь с помощью них пытаются решить сразу несколько проблем. В частности, абсолютно бессмысленное затягивание процедур банкротства, которое обычно объясняется некими объективными причинами. На самом же деле суть, по ее словам, в отсутствии стимулирующих положений для более короткого завершения процедур, отсутствии негативных последствий для затягивания и таком же безответственном и бездумном увеличении расходов на процедуру. Никогда не делай сегодня то, что можешь сделать завтра.
Кроме того, продолжила Наталья Колерова, эти временные ограничения стимулируют оперативнее принимать решения в части хозяйственной/производственной деятельности банкрота. Вообще продолжение собственно производственной деятельности должника в конкурсе – это, скорее исключение, чем правило, подчеркнула она. Когда речь идет о таких должниках, это значит, что в сохранении деятельности заинтересованы разные группы лиц, даже в случае, если должник просто получает доход в конкурсе от сдачи в аренду принадлежащего имущества.
Это, в свою очередь, уточнила она, означает, что все причастные и заинтересованные детально погружены в особенности должника и процедуры, поэтому нет никакой необходимости подвешивать решение по должнику и его производству на долгое время. Чем быстрее будут приняты решения, тем меньше шансов, что имущество должника устареет без надлежащего обслуживания и ремонта, квалифицированные кадры уйдут, тем быстрее будут восстановлены логистические и производственные цепочки.
Новые предложения в части особой процедуры торгов для имущества стоимостью более 1 млрд необходимо также оценивать позитивно. Уже сейчас мы понимаем, что таких объектов на банкротных торгах – меньшинство, поэтому, как правило, к ним всегда приковано внимание. В этом смысле у участников процедуры есть примерное понимание, кто может быть приобретателем актива и по какой возможной цене. Если это имущество производственное, то, вероятно, это будет лицо, имеющее схожий бизнес; если дебиторская задолженность, то профессиональные взыскатели или сами должника и т.д. А если это так – значит, интересанты могут спокойно покупать активы по справедливой для них цене, не дожидаясь имитации конкуренции на торгах.
Зоя Галеева из Юридической компании «Центр по работе с проблемными активами» – о предложении Минэкономразвития по созданию механизма оздоровления предприятий-должников
Минэкономразвития подготовило законопроект о реформировании института банкротства. Ведомство предлагает начать преобразования с создания механизмов оздоровления предприятий-должников: внесудебной и судебной санации, а также реструктуризации обязательств. Документ позволяет должникам без суда договариваться о санации как с одним, так и с несколькими кредиторами. Компания сможет заключать одно или несколько соответствующих соглашений одновременно. Проект допускает участие в соглашении о санации третьих лиц, которые принимают на себя права и обязанности в рамках оформляемых договоренностей. Еще одна новация — возможность комплексного соглашения о санации, которое может распространяться на кредиторов, не участвующих в его заключении. Такое соглашение должен утверждать арбитражный суд. Схожие условия предлагаются в рамках новой судебной процедуры — реструктуризации долгов, которая также направлена на восстановление платежеспособности должника в рамках дела о банкротстве. Ее условия могут быть шире, чем в санации: реорганизация должника, увеличение его уставного капитала, продажа части имущества или предприятия, замещение активов. Подробнее об этом – на портале.
Реформа Закона о банкротстве обрастает подробностями, отметила Зоя Галеева. Минэкономразвития выводит в публичное поле отдельные предлагаемые изменения, однако сам новый проект по-прежнему не опубликован и не внесен в Думу, где с 2021 г. не рассмотрен старый проект.
Уже сейчас, по ее словам, можно предположить, что первый этап реформы будет включать не только изменения реабилитационных процедур. Минэк последовательно давал инсайды о содержании изменений:
ограничить проведение крупных банкротных торгов на ЭТП с низкой рыночной долей;
ограничить хозяйственную деятельность банкротов одним годом и заменить торговые процедуры голландским аукционом;
ограничить назначения управляющих из СРО с небольшим компенсационным фондом на крупные процедуры, повысить вознаграждение управляющих и установить лимит на процентное вознаграждение.
В части реабилитационных процедур, продолжила Зоя Галеева, закон предлагается дополнить тремя различными процедурами:
внесудебной санацией (соглашение должника с одним, несколькими или всеми кредиторами, которому предоставляется дополнительная защита);
комплексная судебная санация (утверждаемое судом соглашение с кредиторами, которое распространяется и на тех кредиторов, кто его не заключал);
судебная процедура реструктуризации долгов (с инструментарием шире, чем в судебной санации, и возможностью судебного преодоления несогласия кредиторов).
Внесудебная и судебная процедуры санации – это очевидный позитивный шаг в сторону реабилитационного подхода. При грамотном введении изменений в закон они действительно могли бы «сломить» тренд на ликвидационные процедуры. Однако имеющейся информации критически мало для понимания того, как эти механизмы должны работать. Пока Минэк не публикует законопроект, озвучиваемые инициативы сложно поддерживать или критиковать.
Сергей Завьялов из Страховой компании «СОГАЗ» – про кейс о страховых случаях по ответственности арбитражного управляющего
АО «АРИА-АиФ» признали банкротом в июле 2019 г., утвердив конкурсным управляющим Оксану Сухову. В октябре 2024 г. суд признал ее действия незаконными, поскольку она не перечислила на счет должника 109 тыс. рублей от продажи имущества и необоснованно перевела на личный счет 394,1 тыс. рублей из конкурсной массы. Ответственность Суховой была застрахована в ООО «Сапфир» (ранее — ООО «Страховая компания «АРСЕНАЛЪ»). Новый конкурсный управляющий Иван Скляров обратился с иском о взыскании страхового возмещения. Первая инстанция удовлетворила иск, но апелляция отменила решение, посчитав, что действия управляющего не связаны с осуществлением полномочий в деле о банкротстве. Кассация отменила постановление апелляции и оставила в силе решение первой инстанции, указав, что перечисление денег на личный счет управляющего в процедуре банкротства связано с исполнением обязанностей в деле и является страховым случаем. Кредиторы не должны нести неблагоприятные последствия за незаконные действия управляющего без возможности получить страховое возмещение (дело № А40-151344/2025). Подробнее об этом – на портале.
Институт страхования профессиональной ответственности и его частный случай – страхование ответственности арбитражных управляющих – редкие гости в правоприменительной практике высших судов, поэтому в этих правоотношениях накопилось огромное количество правовых вопросов, которые требуют разрешения. Базовым из них является (не)возможность страхования противоправного умысла застрахованного лица. По общему правилу (п. 1 ст. 963 ГК РФ) противоправные умышленные действия не покрываются страхованием, однако Закон о банкротстве вводит прямое исключение для случаев страхования ответственности арбитражных управляющих в ст. 24.1 Закона о банкротстве. По сути, общая норма ГК преодолевается специальной нормой Закона о банкротстве в интересах конкурсной массы и сообщества кредиторов, а страховщик получает право регрессного иска к виновному управляющему. Выглядит это как поиск рационального компромисса имущественных потерь. В этом смысле интересным представляется финальный результат рассмотрения данного дела в Верховном Суде, ведь ранее в деле № А40-131204/2024 Верховный Суд признал, что неправомерное умышленное присвоение управляющим денежных средств должника страховым случаем не является.
Георгий Дроботов из Юридической компании K12 – про спор о правомерности привлечения управляющим организатора торгов при согласии кредиторов
В 2019 г. арбитражный суд открыл конкурсное производство в отношении ООО «Ямато» и утвердил конкурсным управляющим Татьяну Неляпину. В ходе процедуры она привлекла ряд специалистов: юриста Михаила Вейнова, ООО «Инпанэк», бухгалтеров Марию Анисину и Александра Стрикицу, коменданта Сергея Верзуна и организатора торгов ООО «Лидер Стайл Консалтинг». Последующий КУ Иван Скляров обратился с жалобой на действия Неляпиной и потребовал взыскать с нее 10,08 млн рублей убытков за необоснованное привлечение этих лиц. Суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований. Апелляция отменила это определение, признала действия Неляпиной незаконными и взыскала убытки в полном объеме. Кассация частично поддержала апелляцию — в части взыскания 9,07 млн рублей за привлечение юриста, бухгалтеров и коменданта, сославшись на преюдициальное значение ранее принятых судебных актов о необоснованности привлечения этих специалистов. Однако в части взыскания 1,01 млн рублей за услуги ООО «Лидер Стайл Консалтинг» суд округа направил спор на новое рассмотрение, указав, что апелляция не проверила довод о согласовании привлечения организатора торгов собранием кредиторов в соответствии с положением о продаже имущества (дело № А41-78422/18). Подробнее об этом – на портале.
Ранее, в п. 15 Обзора судебной практики № 3 за 2021 г., Верховный Суд РФ исходил из того, что арбитражный управляющий обязан доказывать как обоснованность привлечения организатора торгов, так и соразмерность стоимости его услуг, даже при наличии соответствующего решения собрания кредиторов. Кассационная инстанция фактически корректирует этот подход и предлагает освободить арбитражного управляющего от бремени доказывания обоснованности привлечения такого специалиста, перенося центр ответственности на собрание кредиторов, принявшее соответствующее решение. Подобная позиция вписывается в прослеживаемый тренд на смягчение подходов к ответственности арбитражных управляющих и способствует формированию баланса интересов всех участников дела о банкротстве.
Кирилл Харитонов из Саморегулируемой организации «Ассоциация арбитражных управляющих “Паритет”» – про кейс об оспаривании платежа как сделки с предпочтением
ООО «Гарант», управляющая компания многоквартирных домов, 12 октября 2022 г. перечислила предпринимательнице Наталии Востряковой 1,5 млн рублей за строительные материалы для текущего ремонта. Товар поставили в тот же день по товарным накладным. Через месяц суд возбудил дело о банкротстве общества. Конкурсный управляющий оспорил платеж как сделку с предпочтением. Три инстанции признали платеж недействительным, указав, что общество обычно закупало материалы у юридических лиц на меньшие суммы. Вострякова возразила, подчеркнув, что она получила равноценное встречное исполнение в день оплаты, а ее отношения с обществом не отличались от отношений с другими поставщиками-юрлицами. Кроме того, в аналогичном споре с ее мужем апелляция пришла к противоположному выводу. Судья Верховного Суда И.В. Разумов передал спор в Экономколлегию, которая отменила акты нижестоящих судов и отказала в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Гарант» (дело № А40-242109/2022). Подробнее об этом – на портале.
В определении Верховного Суда РФ от 18 марта 2026 г. № 305-ЭС25-12707, как и ранее в определении от 25 сентября 2024 г. № 301-ЭС24-7054, отметил Кирилл Харитонов, дается разъяснение, почему законодатель исключил сделки с одновременным встречным предоставлением из числа преференциальных сделок. Наличие встречных равноценных представлений исключает наличие такого признака предпочтения, как уменьшение имущественной сферы должника, поскольку встречное предоставление контрагента уравновешивает уменьшение имущества должника вследствие предоставления должником в пользу контрагента, указал он.
Также определение, по словам Кирилла Харитонова, разъясняет, почему должник должен произвести исполнение первым для применения п. 3 ст. 61.4 Закона о банкротстве. Осуществление представления первым исключает возникновение обязательства перед контрагентом и, соответственно, предпочтение при его исполнении.
При этом, по логике определения, не имеет значения дата заключения договора, во исполнение условий которого были сделаны представления сторонами друг другу. Определяющее значение имеет последовательность действий по исполнению договора, встречность, взаимообусловленность и одновременность фактических представлений. Ранее Верховный Суд РФ обращал внимание, что для применения п. 3 ст. 61.4 Закона о банкротстве необходимо отсутствие признаков аффилированности между сторонами сделки и искусственного создания невозможности оспаривания по ст. 61.3 Закона о банкротстве (определение ВС РФ от 25 сентября 2024 г. № 301-ЭС24-7054). На мой взгляд, определение отражает формирование подхода к отказу оспаривания ординарных сделок, совершенных в процессе текущей деятельности должника и не влияющих существенным образом на финансовое положение.
