Комитет Государственной думы по финансовому рынку поддержал концепцию законопроекта № 1297765-8 о совершенствовании процедур банкротства финансовых организаций, рассказал «Интерфакс». Этот законопроект в июле 2026 года внесли в Госдуму депутаты Сергей Гаврилов и Сергей Тен. В частности, они предложили назначать Агентство по страхованию вкладов (АСВ) управляющим в делах о несостоятельности всех банков, а не только в отношении тех, что имели лицензию на привлечение вкладов граждан. В остальных случаях в этой роли сейчас выступают арбитражные управляющие, аккредитованные при Банке России.
Однако комитет обратил внимание на то, что аналогичный механизм назначения АСВ единым корпоративным ликвидатором кредитных организаций предусмотрен другим законопроектом — № 1269756-8. Второй законопроект уже принят Госдумой в первом чтении и касается включения в систему страхования вкладов банков, имеющих право привлекать только денежные средства юридических лиц и индивидуальных предпринимателей.
Кроме того, комитет по финрынку обратил внимание на нормы законопроекта, обязывающие Росфинмониторинг в ответ на запрос АСВ, временной администрации финансовой организации или ее конкурсного управляющего предоставлять имеющуюся у него информацию, необходимую для защиты публичных интересов, прав и законных интересов финансовых организаций и их кредиторов. Комитет эту идею не поддержал, так как вопросы проведения процедур банкротства финансовых организаций не относятся к предмету регулирования федерального закона № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма». В случаях, когда банкротство финансовых организаций связано с преступными действиями бывшего руководства или бенефициаров, Росфинмониторинг напрямую взаимодействует с правоохранительными и налоговыми органами, направляя им соответствующую информацию, говорится в заключении.
Еще одно замечание комитета связано со сроками вступления в силу положений законопроекта, которые предложено установить по истечении 10 дней со дня его официального опубликования. В частности, в этот срок должны вступить и нормы, разрешающие кредиторам банков, страховых компаний и негосударственных пенсионных фондов подавать в АСВ требования в электронной форме при условии идентификации с помощью Единой системы идентификации и аутентификации, усиленной электронной подписи или Единой биометрической системы.
Комитет указал, что данный срок нуждается в корректировке с учетом технической сложности реализации в столь короткий срок предлагаемых законопроектом изменений в части установления правовых основ дистанционного взаимодействия АСВ с кредиторами финансовых организаций при исполнении им полномочий временной администрации или конкурсного управляющего. В заключении говорится, что установление столь короткого срока вступления в силу не учитывает техническую сложность реализации предложенных изменений.
При этом у комитета не оказалось замечаний к нормам, уточняющим порядок предъявления требований к страховщикам по договорам, предусматривающим компенсационные выплаты через профессиональные объединения страховщиков. Согласно проекту, они будут предъявляться непосредственно к таким объединениям, а не к страховой организации-банкроту. Комитет с учетом высказанных замечаний поддержал концепцию проекта.
Предложение комитета Госдумы исключить из законопроекта № 1297765-8 положения о возложении на АСВ полномочий конкурсного управляющего всех кредитных организаций представляется обоснованным, поскольку аналогичный механизм уже предусмотрен законопроектом № 1269756-8, принятым в первом чтении, отмечает Татьяна Макаренко, руководитель практики банкротства юридической компании «Гуричев, Малинин и партнеры». В данном случае, говорит она, речь идет не об отказе от самой инициативы, а об устранении дублирующего регулирования. Сама идея введения единого корпоративного ликвидатора в значительной степени закрепляет уже сложившуюся практику. Согласно пояснительной записке к законопроекту № 1269756-8, по состоянию на 1 июня 2024 года АСВ осуществляло функции конкурсного управляющего (ликвидатора) в отношении 312 из 319 ликвидируемых кредитных организаций (98%).
На мой взгляд, наиболее существенное замечание комитета касается распространения новых положений на уже возбужденные дела о банкротстве и принудительной ликвидации. Законопроект предусматривает не только организационные изменения, но и корректировку очередности удовлетворения отдельных требований кредиторов, а также объема прав работников финансовых организаций. Применение таких изменений к действующим процедурам без детального переходного регулирования способно породить новые споры, в том числе относительно применения новых правил к требованиям, ранее включенным в реестр, и порядка их удовлетворения.
В данном случае особое значение имеет обеспечение правовой определенности и недопущение нарушения прав кредиторов, возникших до вступления поправок в силу, подчеркивает Татьяна Макаренко.
Отдельного внимания, по ее мнению, заслуживает предусмотренная законопроектом возможность дистанционного предъявления требований кредиторами банков, страховых организаций и НПФ при осуществлении АСВ полномочий временной администрации или конкурсного управляющего. Это позволит упростить взаимодействие с АСВ, однако предусмотренного десятидневного срока вступления закона в силу может оказаться недостаточно для технической реализации соответствующих механизмов.
При этом, добавляет Татьяна Макаренко, отсутствие технической возможности электронного взаимодействия не должно создавать препятствий для своевременного предъявления кредиторами своих требований. Таким образом, ключевое значение имеет не столько вопрос о том, в каком именно законопроекте будет закреплен статус АСВ как единого корпоративного ликвидатора, сколько обеспечение согласованности новых норм, правовой определенности и сохранение гарантий защиты прав кредиторов при их применении.
Относительно исключения из законопроекта № 1297765-8 нормы о назначении АСВ конкурсным управляющим всех кредитных организаций необходимо сразу отметить, что это связано исключительно с дублированием положений другого законопроекта, комментирует Валентин Власов, старший юрисконсульт финансово-правовой группы компаний Tenzor Consulting Group. В настоящее время, согласно статье 189.77 закона о банкротстве, АСВ императивно выполняет функции конкурсного управляющего только в отношении кредитных организаций, имевших лицензию ЦБ РФ на привлечение денежных средств физических лиц во вклады, указывает он. При банкротстве остальных кредитных организаций конкурсными управляющими назначаются арбитражные управляющие из числа получивших аккредитацию Банка России.
Существенным изменением в случае принятия нового закона станет расширение возможностей электронного взаимодействия кредиторов с АСВ, а именно, возможность подавать в агентство требования в электронной форме с использованием ЕСИА или Единой биометрической системы. До настоящего времени законодательство не предусматривало единого механизма дистанционного предъявления требований кредиторов банков, страховых организаций и НПФ. Для кредиторов это означает упрощение процедуры подачи заявлений, сокращение расходов на документооборот и доставку документов.
Вместе с тем, полагает Валентин Власов, необходимо четко регламентировать технические условия работы подобного механизма, в том числе порядок подтверждения даты получения требований, проверки документов и действий при технических сбоях. Последнее, с точки зрения эксперта, особенно актуально. Поэтому замечания комитета относительно десятидневного срока вступления изменений в силу заслуживают внимания, а вопрос требует соответствующей технической и нормативной проработки.
Важно также и изменение порядка предъявления требований по договорам страхования, предусматривающим компенсационные выплаты через профессиональные объединения страховщиков, считает Валентин Власов. Действующее регулирование предусматривает возможность предъявления требований к страховой организации-банкроту с учетом специальных правил о компенсационных выплатах, тогда как законопроект предлагает направлять требования о таких выплатах непосредственно профессиональным объединениям страховщиков. Это позволит более четко разграничить обязательства страховой организации-банкрота и профессионального объединения, однако важно сохранить возможность предъявления к страховщику требований в части, не покрытой компенсационной выплатой.
«Что касается предложения обязать Росфинмониторинг предоставлять информацию по запросам АСВ и конкурсных управляющих, комитет, на мой взгляд, обоснованно обратил внимание на необходимость соблюдения специального правового режима таких сведений. В настоящее время Росфинмониторинг взаимодействует с правоохранительными и налоговыми органами в пределах установленных законом полномочий, поэтому расширение круга получателей информации требует четкого определения порядка ее использования», — рассуждает Валентин Власов.
В целом законопроект направлен на централизацию управления банкротством организаций финансового сектора и упрощение взаимодействия с кредиторами, однако эффективность предлагаемых изменений будет зависеть от практической регламентации и реализации предлагаемых механизмов, резюмирует он.