Во втором квартале 2026 года прирост числа внесудебных процедур банкротства составил 13,1% по сравнению с тем же периодом 2025-го, было зафиксировано 17,9 тыс. процедур. По итогам первого полугодия — прирост на 9,1%, до 34,3 тыс. Во втором квартале 2025 года количество процедур выросло на 25% к уровню 2024-го, а в первом полугодии 2025 года — на 24,3%.
Еще заметнее сократилась динамика судебных банкротств. Во втором квартале 2026 года суды ввели 140,03 тыс. процедур в отношении физических лиц и индивидуальных предпринимателей. Это всего на 0,9% больше, чем во втором квартале 2025 года, тогда как годом ранее прирост составлял 36,4%. За первое полугодие 2026 года число банкротств выросло на 6,8%.
Сохраняется тенденция к повышению популярности планов реструктуризации долгов, утвержденных судами: их количество в первой половине текущего года выросло в 2,4 раза относительно аналогичного периода 2025 года. Доля таких планов в общем объеме процедур увеличилась до 1% в январе-июне 2026 года с 0,4% годом ранее.
Количество отказов судов в освобождении граждан от долгов за полугодие выросло в 2,9 раза, а их доля увеличилась с 1,1% до 2,4%, следует из отчетов арбитражных управляющих о завершении реализации имущества.
Налицо тенденция ужесточения подхода судов, которые все чаще отказывают в освобождении от долгов недобросовестным должникам. На этом фоне логичным выглядит спад темпов роста числа банкротств. При этом процедура остается актуальной.
Внесудебная процедура банкротства – это законная возможность урегулировать проблему с долгами для наиболее социально уязвимых категорий граждан. Процедура проходит в МФЦ с минимумом формальностей и бесплатна для граждан. Механизм продолжает быть востребованным.
Компании: от банкротства к реструктуризации
Если рассматривать динамику за последние восемь лет, то число конкурсных производств в январе-июне 2026 года (3547) остается на 20,8% ниже среднего показателя за аналогичные периоды 2019-2025 годов (4476).
В январе-июне 2026 года суды ввели 31 процедуру внешнего управления и финансового оздоровления, что составило 0,9% от общего числа (без учета наблюдения) против 23 процедур (0,7%) в первой половине 2025 года. Запрос на реструктуризацию постепенно увеличивается.
Рост числа банкротств компаний, пусть и некритичный, – объективная реальность. В этой связи особенно остро стоит проблема низкого реабилитационного потенциала российского банкротства. Она может быть постепенно решена путем изменения как закона, так и менталитета должников и кредиторов.
8 июля Госдума приняла в третьем чтении системные поправки в закон о банкротстве. Наша задача – перезапустить саму философию института банкротства. Потому что сейчас даже устойчивый бизнес может столкнуться с временными финансовыми трудностями. Компаниям нужны работающие правовые механизмы, позволяющие урегулировать задолженность и выйти из кризиса, сохранив бизнес. Действующая модель на это не рассчитана. Сегодня система банкротства остается сугубо ликвидационной. Процедуры часто сознательно затягиваются и начинаются тогда, когда спасать уже нечего.
Мы переходим к модели раннего вмешательства и реабилитации, говорит Михаил Бештоев. В-третьих, мы создаем инструменты препятствования убыточной деятельности должника даже в ходе ликвидационной процедуры.
Во-первых, вводится добанкротная санация – это инструмент предотвращения банкротства без возбуждения производств по делу о банкротстве.
Во-вторых, формируется новая судебная процедура реструктуризации долгов.
В-третьих, мы создаем инструменты препятствования убыточной деятельности должника даже в ходе ликвидационной процедуры.
«Именно такая архитектура, по нашему мнению, отвечает современным экономическим задачам страны», — отмечает Михаил Бештоев.
Над материалом работали:
