Роман Рукавицын

Для взыскания убытков с банка клиент обязан доказать, что он предпринял все попытки провести платеж альтернативными способами, но получил отказ. Если же клиент вовсе не попытался направить бумажные поручения, то привлечение им займов для расчетов с контрагентами признается его добровольным предпринимательским риском. В этом случае отсутствует прямая причинно-следственная связь между действиями банка и убытками клиента в формате уплаты процентов за пользование займом. Данный прецедент с большой долей вероятности лишит бизнес возможности перекладывать на банки расходы, возникшие из-за нежелания или неспособности адаптироваться к временным сервисным ограничениям. В целом выводы высшей инстанции защищают кредитные организации от необоснованных исков о возмещении ущерба при соблюдении ими стандартных процедур банковского контроля.

Это решение полностью перераспределяет риски в гражданском обороте: теперь покупатель несет риски даже за те обстоятельства, на которые он никак не может повлиять. Суд подчеркнул, что право на товарный знак переходит не в момент подписания договора или утверждения мирового соглашения, а исключительно в день внесения записи в соответствующий реестр. Для рынка это означает, что даже идеальная чистота сделки и значительный запас времени не гарантируют сохранность актива, если регистрация не завершена до возбуждения дела о банкротстве продавца. Бизнесу дан четкий сигнал: любая пауза между сделкой и внесением записи в реестр является зоной риска. Теперь инвесторам придется учитывать не только текущую платежеспособность контрагента, но и прогнозировать его финансовое будущее на месяцы вперед.