Предыстория
В марте 2021 года суд первой инстанции частично удовлетворил заявление АСВ о взыскании убытков с контролирующих АО «Фора Оппортюнити Русский Банк» лиц (дело А43-580/2017). Суд взыскал с Сулейманова Р.С. убытки в размере 9,7 млн рублей. При этом суд отказался взыскивать убытки с Кондратовой Л.Н., Захарова С.В., Титва А.С., Асряна А.С., Кулагиной Н.А., Гриценко Н.С. и Лобастовой Е.С. Апелляция поддержала это решение. Окружной суд акты нижестоящих судов частично отменил и направил обособленный спор на новое рассмотрение.
В ответ бывший руководитель АО «Фора Оппортюнити Русский Банк» Наталья Кулагина обратилась в суд с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего (АСВ). По ее словам, как бывший руководитель банка она в течение всего периода рассмотрения спора о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности указывала на субъективные недочеты, допущенные конкурсным управляющим в ходе конкурсного производства, а именно:
конкурсный управляющий допустил экономически необоснованное расходование денежных средств на процедуру конкурсного производства с превышением установленных лимитов,
не предпринял действий по принудительному (судебному) взысканию задолженности по кредитам с просроченной задолженностью,
не обратил взыскание на предметы залога (недвижимость, транспортные средства) по кредитам с просроченной задолженностью.
В апреле 2022 года суд первой инстанции прекратил производство по жалобе Кулагиной. Но апелляционный суд это решение отменил и отправил спор на новое рассмотрение. После чего АСВ подало кассационную жалобу в окружной суд.
Что решили нижестоящие суды
Суд первой инстанции, установив, что Наталья Кулагина не является ни лицом, участвующими в деле о банкротстве банка, ни лицом, участвующим в арбитражном процессе по делу о банкротстве, пришел к выводу об отсутствии у Кулагиной права на обжалование действий (бездействия) конкурсного управляющего в порядке статьи 60 закона о банкротстве.
Суд апелляционной инстанции отменил определение о прекращении производства по жалобе КДЛ. Он руководствовался:
статьей 189.59 закона о банкротстве,
разъяснениями из в пункта 14 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – 4 А43-580/2017 Постановление № 35),
разъяснениями из пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53),
определением Верховного Суда от 30.09.2021 № 307-ЭС21-9176,
постановлением Конституционного суда от 16.11.2021 № 49-П.
Апелляция исходила из того, что Наталья Кулагина является лицом, участвующем в деле о банкротстве кредитной организации.
Что думает заявитель
По мнению АСВ, правовая позиция, изложенная в определении Верховного Суда от 30.09.2021 № 307-ЭС21-9176, не применима к рассматриваемому спору. Право на обращение в суд с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего у Кулагиной отсутствует, поскольку:
возможное удовлетворение жалобы и взыскание с конкурсного управляющего убытков не повлияет на размер убытков, взысканных с самой Кулагиной;
к лицам, имеющим право на обжалование действий конкурсного управляющего, Кулагина не относится;
к субсидиарной ответственности по обязательствам должника она не привлекалась.
Что решил окружной суд
Окружной суд не согласился с апелляционным и признал обоснованной жалобу АСВ. Он указал, что обособленный спор о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывшего руководителя Натальи Кулагиной в настоящее время отсутствует. Поэтому Кулагина не обладает статусом лица, участвующего в деле о банкротстве в отношении всех вопросов (обособленных споров), рассматриваемых в деле о банкротстве кредитной организации (пункт 2 статьи 189.59 закона о банкротстве).
В постановлении от 16.11.2021 № 49-П Конституционный Суд признал статью 42 АПК и статью 34 закона о банкротстве в их взаимосвязи не соответствующими Конституции РФ (статьям 17, 19 (часть 1), 46 (части 1 и 2) и 55 (часть 3), в той мере, в какой по смыслу, придаваемому им судебной практикой, они не позволяют лицу, привлеченному к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, обжаловать судебный акт, принятый без участия этого лица, о признании обоснованными требований кредиторов должника и о включении их в реестр требований кредиторов за период, когда это лицо являлось контролирующим по отношению к должнику.
Данная позиция обусловлена тем, что на правовое положение контролирующего лица, помимо совокупного размера требований кредиторов к должнику, также влияет объем конкурсной массы, и размер ответственности контролирующего лица представляет собой разницу между двумя названными величинами, поэтому контролирующему лицу должны быть предоставлены полномочия тем или иным образом влиять на обе указанные величины, которые ему объективно противопоставляются, пояснил окружной суд.
Однако в рассматриваемом случае Наталья Кулагина является участником обособленного спора по заявлению о взыскании с нее убытков, а не о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.
Вывод: постановление Конституционного Суда от 16.11.2021 № 49-П к рассматриваемому спору не применимо, как и правовая позиция Верховного Суда, содержащаяся в определении от 30.09.2021 № 307-ЭС21-9176. Взаимосвязанный характер требований о возмещении убытков и о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности (пункт 20 Постановления № 53) имеет значение при исключении двойной (повторной) ответственности лица, но не при решении вопроса о составе участвующих в деле лиц.
По мнению окружного суда, в любом случае, право на обжалование не является абсолютным и безусловным, а обусловлено нарушением прав и законных интересов лица, подающего жалобу.
Рассмотрев доводы заявителя, в том числе основанные на сравнительном анализе процедур банкротства аналогичной кредитной организации, как в отношении формирования конкурсной массы, так и в отношении текущих расходов, суд первой инстанции установил, что данные доводы не свидетельствуют о нарушении прав Натальи Кулагиной, как лица, привлекаемого к ответственности в виде убытков в рамках обособленного спора.
Итог
Окружной суд указал, что вывод суда апелляционного инстанции об отсутствии оснований для прекращения производства по жалобе Натальи Кулагиной сделан при неправильном применении норм процессуального права. Постановление апелляционного суда было отменено, а определение суда первой инстанции о прекращении производства по жалобе КДЛ оставлено в силе.
