Санал Катышев

Важное значение имеет и дата совершения вышеуказанных действий: 2021-й и 2023 годы соответственно. Кроме того, у Сбербанка отсутствовала возможность оставить требование за собой в рамках дела о банкротстве одного из должников, который являлся застройщиком, в силу прямого указания п. 7 ст. 61.17 закона о банкротстве. Указанное обстоятельство влияет на объективную возможность цедента выражать волю на принятие решения о судьбе права требования. Верховный суд, вероятно, сделает акцент на добросовестности цедента и цессионария и обратит внимание на необходимость выявления судами действительной воли сторон на отчуждение права требования в целом либо лишь его определенной части, а также на объективную возможность выражения такой воли.

Ключевым для разрешения рассматриваемого спора является корректная квалификация требований аффилированного банка: как вытекающих из компенсационного финансирования либо из деликтных обязательств. Решение данного вопроса предполагает, в частности, установление действительной цели предоставления кредитных средств должнику. Если финансирование было направлено на преодоление имущественного кризиса и восстановление платежеспособности должника, то соответствующие требования банка подлежат квалификации в качестве компенсационного финансирования. Напротив, если кредитование использовалось как инструмент вывода активов в ущерб кредиторам банка в условиях прекращения хозяйственной деятельности должника, возможна квалификация действий должника как сопричинения вреда, а требований банка — в качестве деликтных.

Повышение фиксированной части может способствовать мотивации арбитражных управляющих к введению реабилитационных процедур в отношении должников, имеющих перспективы финансового восстановления, что позволит сократить необоснованные переходы к конкурсному производству и повысить общую эффективность процедуры. В связи с этим видится целесообразным рассмотреть также возможность повышения процентной части вознаграждения в реабилитационных процедурах банкротства при условии эффективного вклада арбитражного управляющего в восстановление платежеспособности должника. Однако данный механизм не может самостоятельно способствовать росту популярности реабилитационных процедур без комплексного пересмотра института реабилитации должников.