Екатерина Глазунова

В таких делах, помимо прочего, следует учитывать, имелись ли периоды, когда управляющий фактически уклонялся от осуществления своих полномочий. Важно отметить, что бремя доказывания ненадлежащего исполнения управляющим своих обязанностей лежит на лице, ссылающемся на такое исполнение (в рамках комментируемого дела — на ФНС). Как следует из судебного акта, в рассматриваемом деле ФНС не доказала незаконность действий управляющего в спорный период, а суды не оценили доводы управляющего о разумности и добросовестности его поведения с целью предотвращения риска несения необоснованных расходов конкурсной массой должника и потенциальными покупателями.

Суд кассационной инстанции еще раз подчеркнул, что само по себе наличие у должника формальных признаков банкротства не является достаточным основанием для вывода о возложении на руководителя должника ответственности за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением в порядке ст. 9 Закона о банкротстве, поскольку возникновение у хозяйствующего субъекта кредиторской задолженности не подтверждает наступление такого критического момента, с которым законодательство о банкротстве связывает зависимость инициирования процедуры несостоятельности и субсидиарную ответственность руководителя должника (контролирующего лица). Комментируемое постановление в очередной раз напоминает нижестоящим судам о важности установления момента подачи заявления о банкротстве должника в делах о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности за неисполнение соответствующей обязанности.

Между тем без установления и оценки указанных обстоятельств невозможно сделать вывод о наличии оснований для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. При этом цена сделок, совершенных в преддверии банкротства, также является важным маркером добросовестности действий контролирующих лиц. Комментируемое постановление в очередной раз напоминает нижестоящим судам о важности верного распределения бремени доказывания, а также о необходимости всестороннего исследования и последующей оценки поведения привлекаемых к ответственности лиц и их действий в преддверии процедуры банкротства.