Екатерина Глазунова

Суд кассационной инстанции еще раз подчеркнул, что само по себе наличие у должника формальных признаков банкротства не является достаточным основанием для вывода о возложении на руководителя должника ответственности за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением в порядке ст. 9 Закона о банкротстве, поскольку возникновение у хозяйствующего субъекта кредиторской задолженности не подтверждает наступление такого критического момента, с которым законодательство о банкротстве связывает зависимость инициирования процедуры несостоятельности и субсидиарную ответственность руководителя должника (контролирующего лица). Комментируемое постановление в очередной раз напоминает нижестоящим судам о важности установления момента подачи заявления о банкротстве должника в делах о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности за неисполнение соответствующей обязанности.

Между тем без установления и оценки указанных обстоятельств невозможно сделать вывод о наличии оснований для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. При этом цена сделок, совершенных в преддверии банкротства, также является важным маркером добросовестности действий контролирующих лиц. Комментируемое постановление в очередной раз напоминает нижестоящим судам о важности верного распределения бремени доказывания, а также о необходимости всестороннего исследования и последующей оценки поведения привлекаемых к ответственности лиц и их действий в преддверии процедуры банкротства.